Сны Лилит

Я думал, что это ерунда и всё наладится, позабыв о том, что ничто и никогда не налаживается, а есть только распад и охлаждение.

Наверное, так происходит у многих. Обманчивое ощущение счастья впереди только отодвигает будущее всё дальше. И моё теперь, похоже, отодвинуто за самый горизонт.

Да, никогда она не принимала моего творчества и сейчас отказывается его принять. Жена всерьёз считает, что в написанном я просто искажу нашу жизнь. Как в кривом зеркале, делающем уродливым всё, что в нём отражается. Может быть, она права? Неужели мне так никогда и не вырваться из этого постылого заколдованного круга?

Я принимаюсь есть, не обращая внимания, как горячее рагу обжигает язык и нёбо.

Мне почему-то хочется сказать что-нибудь смешное. Не для того, чтобы разрядить обстановку, нет. Бывает, что люди шутят с горя или чтобы скрыть смятение. У некоторых это даже входит в привычку.

– Вчера, чтобы сдать сперму, пришлось представлять тебя, – говорю я, – у них там, оказывается, специальное видео, чтобы возбудиться, но в такой обстановке, как в клинике, это не очень помогает.

Онанируешь, как робот, и всё.

– Ты уже забрал результат?

– Нет, анализ сложный, нужно два дня, – вру я. Результат лежит у меня в портфеле, но мне об этом совсем не хочется сейчас говорить.

– Понятно, – говорит Люся, – а я тоже была у врача. Но не у той старушки, сказавшей, будто я никогда не смогу иметь детей. Я к ней больше вообще не пойду. Она меня до слёз довела своей категоричностью. Эта новая – Елена Анатольевна – кандидат медицинских наук.

У неё вся стена в кабинете в дипломах и сертификатах. Есть и зарубежные, кстати. Она дважды в год в Германию ездит, представляешь?

– Да, – киваю я с набитым ртом.

– Так вот, она сказала, что поликистоз яичников прекрасно лечится. И вообще во многих случаях это не препятствие к тому, чтобы забеременеть. Главное сейчас – нормализовать месячные, чтобы овуляция происходила регулярно. И в эти дни надо пытаться.

На самом деле мы пытаемся. И в дни овуляции, и в другие дни.

Но эти попытки не делают нас счастливее. Природа дала людям инстинкт размножения, а приносит он радость или несчастье – до этого ей нет дела.

Может быть, у нас ничего не получается, потому что мы слишком разные? Потому что мы созданы не друг для друга, а для кого-то ещё? И в мире есть женщины, которые легко от меня забеременеют, и есть мужчины, от которых Люся смогла бы зачать? Но мы уже три года только друг с другом, и ничего хорошего из этого не вышло.