Лоранс

“За добросовестную службу из личных средств с моего счета в банке направить мисс Элайзе Синрейн двести тысяч арлингов, а также мистеру Барнабусу Фольклэр двести тысяч арлингов. Владение моим личным счетом в банке оставить за Ронфелем Вейном”.

Барнабус вскрикнул:

– О, Господи! Это же баснословные суммы. Я…даже не могу их поблагодарить их за это, – старик заохал. Его успокаивала Элайза, так же сильно удивленная подобной щедрости со стороны бывшего хозяина. Одной рукой она поглаживала по спине Барнабуса, а второй, дрожащей, – постоянно тормошила веер.

– Это все, дядя? – рассерженно спросил Бриенн, поджав губы. Самуэль заметил, что в его глазах заблестели подступающие слезы.

– Даже никакого прощального письма? – дополнил его вопрос Джератт. Он был не менее расстроен, чем Самуэль или Аррон.

Ронфель посмотрел еще раз все бумаги на столе и в самом конверте. И помотал головой:

– Только документы на право владения имуществом, счетом и на выдачу арлингов для мисс Элайзы и мистера Барнабуса.

– Ясно, – зло кинул Бриенн и демонстративно вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

За ним вслед вскочил Джератт с криком:

– Подожди, брат!

Самуэль встретился взглядом с Арроном. В его глазах читалась растерянность и непонимание. Он будто мысленно задал страшему брату вопрос: неужели все кончено? Скрежет негодования и боли царапал душу. Ранили в самое сердце. В груди что-то сдавило. Волна отчаяния и ужаса целиком захватила разум. Вот что испытал Самуэль, посмотрев на младшего брата.

Следующие два дня никто из жителей дома друг с другом не обменивался больше, чем парой фраз. Все отвечали сухо и односложно. На третий день, ближе к вечеру, Самуэль решил сходить на рыбалку. Сегодня стояла солнечная и безветренная погода. Прекрасная возможность не только половить рыбу, но и посидеть на природе вне стен дома. Ланард приготовил ему покрывало, удочку и червяков.

Умиротворяющая атмосфера помогла ненадолго забыться. В высокой траве у берега громко квакали лягушки. Рядом с его местом ловли плавали утки, иногда ныряя под воду за добычей. Самуэлю удалось поймать пару средних рыбешек, а больше с поклевом не везло. Но для него был важен не результат, а сам процесс. Единение с природой расслабляло.