Лоранс

Не такое дорогое и крепкое, как валедрийское, но с сюрпризом: приятной кислинкой.

Бриенн, Аррон, Джератт и сам старший Вейн охотно отвечали на вопросы Мортина. Он пытался выведать, кто чем занимается, кто женат, а кто нет. Тут подключилась и Морена. Дочь Гиббса делала акцент на Джератте, интересуясь его личной жизнью.

– Мортин, скажите, а что у вас за коллекция в коридоре? – решил полюбопытствовать Самуэль, попутно сменив тему.

– О! Это наша фамильная гордость, знаете-с, – засмеялся Гиббс, – Мой прапрадед еще начал ее собирать.

– Похвально, – оценил сказанное им Аррон, – Я одну из таких видел в королевском дворце.

– Вижу, интересуетесь не только музыкальным искусством. Думаю, что мог бы рассказать вам и вашим братьям подробнее о каждой вещи в том коридоре. Уверяю вас, это будут чудесные истории, – блаженно оскалился Мортин и с прищуром посмотрел на Самуэля.

Стариший Вейн сообразил, что это лишь предлог, чтобы поговорить с братьями наедине.

– Нет, папенька, гостям вряд ли хочется об этом слушать, – встряла в разговор Морена, – Куда приятнее в этот час нам прогуляться по саду, верно? – она взглянула на Джератта, явно ища поддержки и намекая на совместный променад.

Второй по старшинству Вейн слегка улыбнулся ей и немного растерялся с ответом. Тут подхватил Бриенн, явно догадываясь, что происходит:

– Я бы с удовольствием послушал ваши рассказы, господин Мортин.

– Да, это было бы познавательно, – согласился Аррон.

Глава семейства Гиббс сказал, разведя руками:

– Дорогая, видишь, гости просят. А ты можешь пойти прогуляться по саду. И, думаю, что господин Джератт не против сопроводить тебя. Тогда я буду спокоен.

– Конечно, господин Гиббс. Можете не переживать, – Джератт встал со стула и протянул руку Морене.

Дочь Гиббса засияла от радости и молча подала свою в ответ. Парочка быстро вышла из столовой. Остальные молча друг с другом переглянулись.

– Знаю, вы хотели со мной поговорить. Теперь мы наедине. Пришлось спровадить дочь, а то еще скажет кому не надо об этом разговоре.

– Да, мы хотели бы узнать об одном человеке, мистер Мортин…, – начал Самуэль.

– О Валентайне Де Бург? – задал сокрушительный вопрос Гиббс, с сожалением посмотрев на трех братьев.

У старшего Вейн пересохло в горле и заклокотало в груди. Он не мог произнести ни слова.