Леска

Несмотря на разницу в возрасте почти шесть лет, они были похожи как две капли. Примерно одного роста, около ста семидесяти сантиметров. У обеих – темно-русые волосы, только у Лилит они отливали золотом. Темные брови, густые ресницы, пухлые губы – все это было у них одинаковым. Поэтому девочки скорее напоминали близнецов.  Единственным существенным отличием между ними был цвет глаз. У Кейт глаза были насыщенного синего оттенка, как у отца. Лилит же природа наградила глазами цвета оливок. Мать говорила, что глаза ей достались от прабабушки-ведьмы.

Сестру легко могли принять за нее. Те, кто пришел за Лилит, должны были застать дома именно ее, а не Кейт. Лилит знала, что это не было ограблением. Просто так было проще закрывать полицейский отчет. «Полиция проведет расследование, мисс. Как только что-то выяснится, вас оповестят».

Ну да, конечно. Те, кто это был, не захотят быть пойманными, они все провернули чисто. Не было отпечатков, камеры наружного видеонаблюдения не зафиксировали ничего подозрительного.

Несмотря на это, по квартире будто прошелся ураган. Что-то искали. Вся мебель перевернута, обивка кресел распорота ножом. Книги в беспорядке на полу. Содержимое кухонных шкафов валялось повсюду. Казалось, проверили каждый угол, каждый ящик, каждую вещь. Искали то, что никогда бы не нашли в квартире. Лилит знала, куда прятать, чтобы не смог взять никто, чтобы не нашли. Но Кейт не знала. И когда взломщики поняли, что их поиски тщетны, они решили ее пытать. Не стали даже слушать сказки о сестре. Слишком похожи.

Говорила же ей, надо закрываться надежнее. Кейт лишь смеялась:

«Что боишься вооруженного ограбления?»

Кто бы знал, что все так и выйдет.

В тот вечер подруга предложила Лилит развеяться. Как сейчас она вспоминала ее голос в трубке телефона:

– Пойдем! Давно никуда не ходили. Сколько можно сидеть дома?

– Но у меня дела, я сто раз тебе говорила. Сестра приезжает на выходные.

– Возьми ее с собой, ей ведь уже можно смотреть ужастики? – Синтия никогда не воспринимала всерьез какие-либо запреты.

А тем более запреты Лилит. – Брось, Кэти уже не ребенок. Сколько можно ее опекать? Пускай сходит с нами, после кино заедем в ночной клуб. Встряхнемся. Устроим девичник. Парни. Выпивка. И куча беспорядочных связей. Что может быть лучше?

– Кейт еще ребенок! Восемнадцать – это не тот возраст, в котором нужно практиковать такое!

– А в каком можно, в пятьдесят? Ты ханжа, Лилит! Тебе кто-нибудь говорил об этом?

– Каждый день. Ты.