Клетка 2: Наследник клана Моретти

Именно благодаря ей я знаю, что такое материнская любовь и забота.

Но время шло. Я становился старше, и Карлос начал давить на мать. Он злился, что из-за нее я вырасту сопляком и слабаком. После того как мне исполнилось восемь, отец запретил мне уходить к бабушке и заставлял находиться с ним в особняке. Он вплотную занялся моим воспитанием, и мне поначалу было интересно копировать манеру поведения отца. Он учил меня всему, что успел узнать от моего деда, учил вести бизнес, учил быть мужчиной. Постепенно бабушкин авторитет померк, и я всецело покорился жесткому воспитанию отца.

До одного злополучного дня, когда я узнал, чем на самом деле зарабатывает на жизнь мой отец.

Когда я понял, что он торгует живыми людьми, я возненавидел его. Это претило моей натуре. Бабушка растила меня добрым и благородным, и калечить чужие судьбы я считал верхом бесчеловечности и жестокости.

После того дня меня будто подменили. Я стал убегать из дома, стал во всем перечить отцу и дяде, не слушался их. Я ненавидел все, что они олицетворяют.

Спасением в этом мире жестокости и лживости стала моя бабушка. В тайне от отца я убегал в ее сад, сидел там часами. Ни с кем не разговаривал, никого не хотел видеть.

Мой вздорный характер, который проявлялся в присутствии отца, в тысячу раз превосходил характер деда. Карлос ненавидел меня за это, и в то же время восхищался мной. Его восторгала та воля и сила, которая прежде крылась в его отце, и которая теперь перешла по наследству мне. Его восхищал тот буйный нрав и упрямство, что в сто крат превышали его собственные.

Если бы он только мог предположить, что именно это его и погубит…

Отталкиваюсь от раковины, и мышцы на груди играют. Рисунок розы – воспоминание о женщине, которая любила меня, и, которую любил я.

Чуть правее от татуировки виднеется маленький круглый шрам. Девятимиллиметровая отметина от пули. Каждый раз глядя на которую я вспоминаю о ней.

Если Кейт не умела стрелять, то у неё чертовски легкая рука для новичка.

И не смог бы довести задуманное много лет назад до конца.

Стоит мне подумать об этой суке, пульс сбивается.

После смерти бабушки именно Кейт стала для меня спасением. Та наша встреча в саду подарила мне надежду, что этот мир не так жесток и бесчеловечен, как хочет показать отец.