Силою громов. Трилогия

Цвет кожи побледнел, под глазами мешки от недосыпа.

– Вот такие у меня проблемы.

– Знаете, здесь все очевидно. Это следствие усталости от работы. Вы трудитесь с юных лет и достигли немалого. Может, вам просто взять отпуск и отдохнуть?

– Ты думаешь, что говоришь? Я работаю президентом Франции! О каком отпуске ты ведёшь речь?

– Я хоть и психолог, но тоже иной раз испытываю кризисы. Я стал читать Библию не так давно, и мне она помогает.

– И что же ты там полезного вычитал?

– Там говорится так: «Уныние есть расслабление души и изнеможение ума, пренебрежение христианским подвигом, ненависть к обеду, ублажитель мирских людей, клеветник на Бога – будто Он не милосерден и не человеколюбив».

– Что ты несёшь?! Ты мало того что никудышный психолог, так вдобавок и недалёкий человек. Спустись с небес и посмотри вокруг. Грабежи, голод, люди жрут друг друга, а ты говоришь: Господь человеколюбив? Ему просто не до нас. И зачем я тебе платил? Давай проваливай, шарлатан! Тебе старикам в церкви только мозги промывать.

– Если бы вы читали Библию, ища там ответы, то получили бы их и на эти ваши утверждения. Вам проще жалеть себя и винить обстоятельства вокруг, чем вернуть самообладание и найти причины подобного исхода. Прошли времена, когда Бог считался мифом…

Видение закончилось, и ангел увидел перед собой Суккуба, которая поглаживала ему щёку:

– Ты сказал, что надо любить людей так, как это Бог велел. А за что? Я показала тебе поводырей людских.

И нечестивей этих ты на всём свете не найдешь. Каждый человек вправе выбирать своих лидеров. Так скажи: если те выбрали их сами, то кем тогда являются они? Великий Феникс, ты ведь, обратившись огненною птицей, гнал дьявольское войско. И легионы за собой повёл, низвергая тех, восставших против Бога. И даже тебе внушили помыслы, истины лишенные. Ты это понимал, но не мог объяснить. Эти мысли пытался искоренить, но их не отогнать, потому что ты стал сомневаться… Так сделай то, что считаешь нужным ты. Сделай так, как хочешь ты. И тогда ты почувствуешь, что чувствуют другие, и увидишь, что видят другие, свободные от предрассудков. Поцелуй же меня, прекрасный Феникс, и ты, наконец, поймешь причины для собственных деяний.

И он поцеловал её, потеряв от льстивых слов голову. На долю секунды его охватило смятение, но не смог противостоять он её красоте.

Суккуб провела рукой по доспехам, и латы опали.