Силою громов. Трилогия

У него за спиной на стене висели фамильный герб его семьи дворянского происхождения и рядом портрет самого президента шириной 1,5 метра, а высотой 2,3 метра. Он с криком отчитывал женщину, состоявшую на должности пресс-секретаря:

– Мне что, больше заняться нечем, чтобы объяснять тебе твою работу?! Зачем ты мне тогда нужна?! Вспомни, кем и где ты была, пока я не соизволил пристроить тебя на эту работу. Благодаря только лишь мне ты смогла выйти из сонма нищих и бродяг в высшее общество, за что и должна быть по гроб жизни благодарна и обязана!

– Я вам очень признательна за вашу помощь, мистер Блэк, – тихо прошептала женщина, из всех сил сдерживая слёзы.

– Таким, как ты, надо не у власти сидеть, а в поле горбатиться от рассвета до заката! Пошла вон, деревенщина! – заорал Уильям.

После этих слов женщина выбежала из кабинета, а английский президент занялся своими делами в компьютере, бормоча сам себе вслух:

– Поганые смерды… Никогда больше не приму безродного простолюдина, иначе только и буду их тыкать носом в их же ошибки.

И, обернувшись назад за документами к шкафчику, он остановился взглядом на своём портрете. Посмотрев на него, он глубоко вдохнул, распрямился на стуле и гордо приподнял подбородок вверх.

Зрелище прервала водная рябь. Когда она прекратилась, то показался Фил Джонс, разговаривавший по телефону. Он сидел на троне австрийского императора Франца II. Его письменный стол, за которым тот находился, больше напоминал саркофаг фараона: весь в узорах, со вставками из золота и драгоценных камней.

В руках президент держал перьевую ручку из платины, в которую были вставлены бриллианты. «Срочно разберись с документами! Не хватало бы ещё за неустойку заплатить. Свои деньги я никому не собираюсь отдавать! – короткое молчание Фила, пока тот слушает своего собеседника. – Нет! Мы потеряем на этом деньги. Если хочешь заработать, то делай так, как я тебе говорю, – снова прервался, чтобы выслушать предложение своего подельника.  – Всё верно, именно так и сделаем. Денег много не бывает. Я буду на связи…»

И вновь рябь. Изображение на время пропало. Сквозь воду стал проясняться Август Браун. Он созвал собрание министров Германии и в своей речи отдавал им указания: «Мне всё равно как, но чтобы наладили поставку оружия в страны Северной Африки. Мне надоело смотреть, как Англия продаёт свои винтовки в Нигерию.