Леди-служанка

– Миссис Монтфорд? – тоже рассмеялся Уолрейфен. – Я с удовольствием задушил бы ее.

– Скажи-ка мне, приятель, – остановился Макс и с любопытством взглянул на друга, – эта твоя миссис Монтфорд молодая?

– Думаю, да, – равнодушно пожал плечами Уолрейфен. – Они всегда такие.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Их нанимает дядя Элиас: понимаешь, что я хочу сказать?

– Ах, значит, у нее есть еще обязанности, кроме ведения хозяйства?

– Ну, – неохотно признался Уолрейфен, – так было всегда, но ведь дядюшка уже немолод.

Однако я знаю, что они с миссис Монтфорд часто и ожесточенно ссорятся.

– Да? И откуда эти сведения? – поинтересовался Макс.

– От Певзнера, дворецкого. Думаю, миссис Монтфорд во все сует свой нос. Но так как дядя Элиас никогда мне не жаловался, можно предположить, что между ними что-то есть: майор не склонен к филантропии.

Некоторое время они молча шли по Беркли-сквер, потом Макс спросил:

– Как сегодня твоя нога, Джайлз? Мне кажется, ты немного хромаешь.

– Какое тебе дело до моей ноги? – проворчал Уолрейфен, притомившись от Макса и его рассуждений.

 – Хватит уже говорить об этой ерунде.

Макс удивленно посмотрел на него: о какой такой ерунде речь? О ноге? Об отце? О Кардоу? Вариантов множество – и ни одного приятного! Но, будучи хорошим другом, уточнять он не стал.

Глава 2

Сырую мрачную башню замка Кардоу, заваленную сломанной мебелью и разным хламом, прислуга уже давно обходила стороной. Северная же башня, смотревшая через залив на Уэльс, – совсем другое дело.

На ее верхнем этаже даже сохранилось кое-какое ценное имущество Кардоу – возможно, потому, что слуги и жители деревни верили, что в замке обитают привидения.

Заключавшиеся в Кардоу браки имели обыкновение заканчиваться трагически. Так, в начале XVII века жена третьего графа бросилась из окна пятого этажа и разбилась. С тех пор немало слуг, которые с вытаращенными глазами нетвердой походкой поднимались на холм после вечера, проведенного в «Королевской гавани», видели призрак леди Уолрейфен, прогуливавшейся по парапету.

Осторожно открыв дверь, Обри высоко подняла фонарь и осветила чердак. Свет отразился от огромной круглой каменной рамы и немного ярче – от зеркального окна, вставленного в нее, но призраков видно не было.

– О-о боже! – прошептала Бетси, когда пламя неровно задрожало. – Как вы думаете, здесь есть летучие мыши, миссис Монтфорд?

– Ничего удивительного, если не только летучие, но и обычные мыши и пауки.