Никогда не влюбляйся в повесу

Калверт благоразумно решил выйти из игры, но остался сидеть возле карточного стола, потягивая портвейн. Зато сэр Ральф к этому времени был уже слишком пьян, чтобы почувствовать нависшую над ним опасность.

Вскоре азарт достиг того предела, когда игроки с лихорадочно трясущимися руками уже забывают обо всем. И если граф с самого начала играл как сумасшедший, то сейчас, казалось, он окончательно спятил, с каким-то маниакальным упорством просаживая последние деньги. Овладевшее им безумное отчаяние – одновременно с желанием во что бы то ни стало своими глазами увидеть, как вырвавшийся на свободу поток увлекает его в пучину, – уже бросалось в глаза.

Можно было не сомневаться, что впереди его ждет долговая тюрьма – это было вопросом нескольких дней, если не часов.

Внезапно граф Валиньи сделал непростительную ошибку, прикупив восьмерку к имевшейся у него на руках даме пик и пятерке червей. Лорд Эндерс подсчитал свой выигрыш – две тысячи фунтов за один раз.

– Увы, моя темная королева подвела меня! – простонал граф.

 – О женщины! Такие ненадежные создания, вы согласны со мной, лорд Ротуэлл? Играйте, господа!

Игра продолжалась. В следующий раз всем пришлось прикупить по одной лишней карте. Через минуту сэр Ральф, когда настала его очередь ходить, внезапно запустил палец за воротник и судорожно рванул галстук, как будто ему не хватало воздуха. Типичный жест дилетанта, не сознающего, что этим он выдает себя. И, конечно, это движение не укрылось от острых глаз графа. Подобравшись, словно зверь перед прыжком, он тут же предложил вновь поднять ставки.

Сэр Ральф, рыгнув, уныло рассматривал свои карты.

– Ральф! – окликнул его Валиньи. – Вы пропускаете?

– Пропади все пропадом! – взревел тот, швырнув карты на стол. – П-перебор! Эх, и дурак же я! Нужно было остановиться еще в прошлый раз! – Воровато отведя глаза в сторону, он смущенно поерзал на стуле. – Знаете, друзья… я, п-пожалуй, п-пойду. На с-сегодня с меня д-достаточно.

Ротуэлл незаметно покосился на разбросанные по столу карты.

Ральф не ошибся – у него действительно оказалось на руках двадцать три. Вдобавок лицо его позеленело до такой степени, что, казалось, его вот-вот вывернет прямо на стол. Валиньи добродушно пожал плечами, после чего, подхватив спотыкающегося гостя под локоток, выпроводил его за дверь и вывел в холл.

Теперь, когда Ральф убрался восвояси, граф явно занервничал – в глаза Ротуэллу бросились крупные капли пота, выступившие у него на лбу.