Дети Скадарлии. Ясное небо Австралии

У нас есть наша улица, нас узнают. Но за пределами этих домов, и этих стен, мы с вами ничего не знаем. И не узнаем. Это стагнация, мы не развиваемся. И не станем лучше никогда, пока не выпрыгнем из гнезда. Мы должны летать, а не сидеть в клетке, если уж мы такие артисты.

– Подожди, Славица, ты сейчас клеткой Скадарлию называешь? Мы же ее «дети», «Дети Скадарлии», мы так называемся, помнишь?

– Помню. Я – то помню! А вот кто еще кроме нас об этом знает? Не рассказать ли об этом миру?

– Что мы «дети Скадарлии»?

– Да! Конечно!

– А зачем? Мы любим ее, Скадарлию, или любим об этом кричать на весь мир?

– Я тебя не понимаю, Джура! Даже дети рано или поздно должны уходить из дома, и жить в большом мире.

Это не говорит о том, что они разлюбили родителей и свою детскую комнату.

Славица отворачивается на этих словах. Милош незаметно подходит и забирает у нее стакан. Вукашин мрачно хмурит брови.

– Пойдемте на улицу? А то уже винные пары в воздухе висят, – предлагает кто-то.

Все выходят. В доме остается Милош, суетливо прибирающий стаканы, и Джура, одиноко сидящий все так же у камина.

Он смотрит в окно, через стекло на Славицу, и задается вопросом, как он это все не замечал в ней раньше. Затем Джура приглядывается и замечает, что, несмотря на то, что Милош в доме, Славица не одна. Сначала к ней близко подходит Яков, скрестив руки на груди. Затем он полуповорачивается, закрывая их от остальных. Через время к ним присоединяется Кристиян, и кладет руку на плечо Славице. Та кивает.

Джура улыбается и переводит взгляд. Тияна, Вукашин, и Лука стоят разрозненно, словно незнакомы друг с другом. Очевидно, они переваривают услышанное. Талэйты не видно нигде. Первым в дом возвращается Йожин.

– На улице дубак, в доме Сахара… Тут предлагают запустить китайский фонарь в небо. Талэйта прихватила с собой. Пойдем?

– Валяйте, – хмуро отвечает Джура.

– А ты?

– Я останусь. Милошу помогу убрать.

– Так потом уберемся все вместе. И его, кстати, сейчас заберем. Милош! Пойдемте все.

И раздетые, в одних свитерах, десять человек запускают на поляне красный огонек, в глубокое синее небо. Джура больше не предлагает загадать одно на всех пожелание. И устремленный вверх фонарь, сопровождаемый десятком разноцветных взглядов, небо внезапно встречает могущественным содроганием.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.