По битому стеклу

Валентин снял пиджак, закатал рукава и приступил к готовке, предварительно окинув мою кухню изучающим взглядом. Выискал фартук, повязал его и невозмутимо стал инспектировать холодильник.

Я продолжала сидеть на стуле, наблюдая за его действиями. Странным образом, размеренные движения Валентина меня успокаивали.

И именно этот момент выбрали родители Андрея, чтобы нанести мне визит.

Зазвонил домофон, я пошла открывать, и через пять минут на моем пороге стояли свекор со свекровью.

Они ввалились в мой дом, бесцеремонно отодвинув меня в сторону.

Прошли на кухню и увидели Валентина, колдующего у плиты. Свекор посмотрел на меня укоризненно, свекровь гневно нахмурилась и выдала:

– Постеснялась бы!

– Чего? – не понимая, что происходит, спросила я в ответ.

– Какая же ты, – свекровь на секунду замялась, а потом злобно выплюнула: – шлюха!

Свекор крякнул, но промолчал. Валентин шагнул было ко мне, но я махнула рукой, останавливая его.

– Кто я? – уточнила у свекрови.

– Шлюха! – припечатала она с удовольствием.

 – Прах Андрюшеньки еще не остыл, а ты уже притащила в дом какого-то….

– Вы в своем уме? – я тоже повысила голос.

– Ты мне рот не затыкай! Еще и недели не прошло, как их похоронили, а ты уже мужиков в дом таскаешь. Рада, небось, что все так случилось?! Рада, что можно не скрываться? Андрюша давно подозревал, что ты ему неверна. Все на работе и на работе, домой приезжала только поспать да переодеться! Сына на чужих людей бросила, ни одной пары штанов не пропустила! Сашенька смотрит на тебя с небес, видит, как ты скорбишь! Ноги тут раздвигаешь!

И меня прорвало.

– Не смейте, – прошипела я не хуже королевской кобры, – слышите, не смейте!

– Правда глаза колет? – ехидно поинтересовалась свекровь, упирая руки в бока.

– Ядвига, ты правда …, – попытался вставить свои пять копеек свекор, но я не дала ему высказаться, перебив.

– Убирайтесь вон из моего дома!

– И уйдем! – заорала в ответ свекровь. – Ни минуты в этом шалмане не останемся! Подумать только, заехали ее проведать, думали, она тут одна, плачет, скорбит! А она! Проститутка чертова!

– Вот! – прохрипела я и ткнула пальцев в сторону входной двери.

– Знать тебя больше не хочу!

Свекровь, кажется, теперь уже бывшая, развернулась и гордо пошла на выход. Свекор, все еще укоризненно качая головой, поплелся следом за ней. У дверей она остановилась и выдала:

– Мы будем претендовать на свою долю наследства.

Я опешила.