Помоги мне быть собой

Старой закалки – всегда опрятная, собранная, доброжелательная. Максим был у неё явно поздний и желанный ребёнок. Саша испытывала глубокое уважение к ней и даже некоторую зависть от того, что у неё такой матери нет и не может быть.

– Александра Евгеньевна, а этот Гаранин ваш знакомый, да?– спросила медсестра.

– ну можно и так сказать… – устало протянула девушка.

– Там родители парня давно приехали, ждут, что им сказать?

– спасибо, я сама.

Медсестра кивнула и вышла.

Саша направилась к родителям Максима. Это неловкое ощущение общения с родственниками, давно позабылось уже девушкой. Обычно она холодна и сдержанна в общении. Такая работа. А сейчас она даже немного волновалась.

В коридоре Саша увидела Антонину Павловну, на которой не было лица. Женщина сидела на стуле и плакала. Рядом с ней был высокий, статный седой мужчина. По всем видам бывший военный.

– Да вы не волнуйтесь, заведующая сама оперировала вашего сына.

О, а вот и она! – дежурно отчеканила медсестра и ушла на пост.

Женщина все так же плача кинулась к ней. Мужчина опередив ее хриплым голосом спросил:

– Доктор, что с ним?

– Не волнуйтесь, все в порядке. Жизни вашего сына ничего не угрожает. Операция прошла успешно. Состояние стабильно. – дежурно, но как можно вежливее ответила Саша.

– Скажите, ему что-то нужно? Деньги у нас есть! – всхлипывая сказала женщина.

– Ваш сын находится под наблюдением хороших врачей.

Не волнуйтесь. – как можно добрее сказала Саша. По крайней мере ей так казалось.

Женщина ещё сильнее начала плакать.

– Тоня, ну что ты?! Тебе же сказали, что все хорошо. – обнимая женщину говорит муж. Он держится.

– Катя, успокоительное! – кричу я медсестре.

Катя несётся со всех ног и помогает усадить женщину обратно на стул.

– Извините, может я сейчас не к месту скажу, но вы меня наверное не узнали, Антонина Павловна.

Я – Саша. – представилась девушка, для себя отметила, что находясь в стрессе они и не обязаны были узнать в Саше какую-то там соседку своего сына. Но девушка считала, что этим она немного сможет успокоить стариков.

Пара удивленно смотрит на меня. Антонина Павловна повторяет:

– Саша? – видимо припоминая всех своих учеников и не может вспомнить.

Я прекрасно понимаю ее состояние. Единственное и любимое чадо лежит в реанимации.