Боги играют в большой теннис

Шёл на работу, возвращался, и всё было хорошо. Я отчаянно старалась не показывать боль, особенно детям. Когда мы переехали, я с горечью поняла, что этот вагончик вообще был не причём. Мне становилось ещё хуже. День за днём я старалась, но выходило все меньше. Чаще стала ходить на обрыв, и подолгу смотрела вниз. И не могла уже себе объяснить, от чего он так тянет.

– Всё же хорошо, – говорила я себе, – вот и младший в школу скоро пойдет, дом есть, в нём места хватает. Отчего же мне так плохо? От чего я хожу сюда, и так хочу прыгнуть столько лет.

Даже не находя повода.

После тридцати лет я совсем зачахла и иногда даже не могла встать. Хотела увидеть море, хотела встать, но не могла. Загнала свою душу, и тело отозвалось на мольбы. Врач мотал головой, дети старались маме помочь, но реакции не было. Были промежутки ясности, когда хваталась за дела, без сил, но убиралась, готовила и опять падала на кровать.

Ветер стучал ветками о стёкла, с моря шел шторм. Я лежала и вслушивалась в гул моря, оно звало.

Лежала на краю кровати и смотрела в пол, видя море. Оно бушевало, перекатываясь синевой, играло незадачливо с камнями, превращаясь на мгновения в белую пену. Тучи приближались, застилая на своем пути последние лучи солнца. Капли волн разлетались гулом, треском об камни. Вновь падали в пучину и опять налетали на камни. Волны были покрыты как будто белыми капиллярами и шли одна за другой; с ветром мчались на берег, с призывом.

Я ощущала сильный ветер, который отодвигал меня от пропасти, своими нескончаемыми порывами.

Перебирала пальцами мокрую, холодную траву и всё больше хотелось придвинуться к обрыву. На этот раз я не отошла. Последний раз шепнула ветру, последний раз взмолилась и упала навстречу к водной стихии. Волны захватили тело.

Вся моя жизнь перечеркивается последними словами, для мужа, который лежал рядом на кровати.

– Я больше так не могу, – испустив последний вздох, прошептала я.

И вот теперь. Новый день. Где я научилась жить и верить себе. После познанного сожаления к самой себе – я живу опять.

Море окутывает камни, частями, порывами, я научилась дышать полной грудью, учусь любить и по иронии судьбы смотрю на тот берег, где жила в прошлой жизни. Я обходила стороной эти воспоминания как могла. Проходила лишние километры лишь бы не увидеть тот самый завод куда приносила еду своему мужу. Лишь бы не вспомнить как во мне жило непреодолимое желание спрыгнуть с обрыва.

Я не могла найти то, что не могла понять.