Бедствие для всех живых существ

Бедствие для всех живых существ

Лорд Уриэль

Мир полнится слухами о том, что где-то появился человек, желающий уничтожения мира. Многие полагают, что им является огненный бог. Они не так далеки от истины, но всё это просто легенда, которой суждено сбыться только в далёком будущем.

Неслись с небес тёмных яркими всполохами звёзды и падали они на землю грешную ледяным дождём, разливаясь переливом радужных искр, заставляя всё живое трепетать от страха. Холод каждой крошечной искорки поражал несчастную почву морозом и уничтожал любую сущность живущую в этом проклятом мире.

Никто не знает, не ведает, когда было положено начало этой катастрофе, но выжившие старики и по сей день поговаривают, будто основы мироздания были нарушены, потоки сил сменили направление и на землю смертью рухнул ливень Ослепительных Путей «Благословения». Кто-то утверждал, будто это являлось воздаянием смертных за их высокомерие. Другие же роптали, что сие есть знак свыше, который несёт требование о том, чтобы глупое человечество уже закончило свой цикл и дало миру отдохнуть от своего существования.

Ни одна душа не способна даровать жаждущему правды обществу точный ответ.

Но если присмотреться внимательней, то… Любой страждущий под гнётом неведения, может обнаружить несметное количество преинтереснейших фактов. В то смутное и, вместе с тем, утопическое время образовалось некое культовое сообщество, утверждающее, вот же наглость, смеет повелевать солнцем! Оно промышляло лживыми проповедями и клало паволоку на разумы даже самых ясно мыслящих людей.

Проводя свои обряды с жестокими пытками над жертвами, культ приносил дары светилу небесному. Никто не был против подобного, наоборот – многие желали, чтобы империя процветала.

Тогда-то и появился странный человек с красными, словно дикое пламя костра, волосами. Он разогнал толпу зевак, наблюдающих со скукой на лидера культа, собравшегося в практически полном составе посреди городской площади.

Это был молодой мужчина, одетый во всё старое и рваное, но чистое. Любой проходивший рядом или просто кинувший мимолётный взгляд понял бы, что тот похож на сбежавшего из своего поместья господина, обуреваемого желанием узреть всю кухню обыкновенной жизни изнутри, поэтому и обрядившегося в лохмотья. Однако, в противоречие его внешнему виду, выбивался массивный перстень с рубином, обхвативший указательный палец правой руки.