Железный цветок

Засмотревшись на солдат, я безотчётно прикусываю губу.

Вспоминаются рассказы Айвена о гарднерийских драконах, отправленных против кельтов во время Войны миров. Тогда много кельтских деревень сгорело дотла вместе с жителями. Я ни секунды не сомневаюсь, что эти темноволосые парни с упрямыми подбородками и нахальными улыбками исполнят любой приказ.

И не задумаются ни на мгновение.

Из пучины мрачных мыслей меня вырывает нежное прикосновение чьих-то губ к шее. Подскочив от неожиданности, я стремительно оборачиваюсь, пылая гневом.

И застываю при виде наглеца, судорожно глотая морозный воздух.

Лукас Грей.

Во всём блеске. Чёрные, как вороново крыло, волосы и сияющие изумрудно-зелёные глаза.

И почему наяву он всегда красивее, чем в моих воспоминаниях?

Лукас призывно улыбается – манящий, как грех. Пола его чёрного плаща залихватски перекинута через плечо, на мундире сияют пять узких серебристых полосок – знак мага пятого уровня, и ещё одна широкая полоса – символ командующего дивизионом.

– Не смей так подкрадываться! – вспыхиваю я.

Как с неба свалился… улыбается во весь рот… Что это на него нашло?

Лукас со смехом опирается о дерево и скептически оглядывает меня с головы до ног. Да, конечно, я в коричневом кельтском платье, которое несложно разглядеть под чёрной накидкой из грубой шерсти.

– Интересный фасон, – фыркает Лукас. – Зря стараешься, Эллорен. Как ни оденься, ты всё равно копия своей бабушки.

Я ничего не могу от него скрыть. Горькие слова сами собой срываются с моих непослушных губ.

– Я не потому… просто не хочу носить платья, сшитые рабынями-урисками.

– Так закажи гардероб у верпасийских портних, – невозмутимо советует Лукас. Его зелёные глаза по-кошачьи поблёскивают. – Хоть парочку приличных платьев.

Моё сердце предательски стучит всё громче, отзываясь на обольстительные нотки в голосе Лукаса, на его близость. Надо взять себя в руки, и я быстро окидываю взглядом улицу.

Откуда мне знать, на чьей он стороне. Осторожность прежде всего.

Подцепив цепочку мизинцем, Лукас мягко вытягивает мой кулон наружу.

– Ты всё-таки его носишь, – довольно мурлычет он.

В ответ на его прикосновение где-то глубоко внутри меня зарождаются искорки пламени.