Кроваво-красный Марс

И ещё подумал, что на Марсе в одном кубрике с Зуевым спать откажется – он тогда его совсем доканает своим балабольством!

На экране высветилось изображение Лили. Она сидела за круглым пластиковым столиком белого цвета, и весь интерьер кафе вокруг неё тоже был безупречно белым.

– Мальчики, я уже свои дела сделала. Составите мне компанию?

Иван поразился – быстро она. Было видно, что она не только сходила куда-то, но и побывала в своём номере, подкрасилась немного, выглядела посвежевшей.

– Конечно! – вскричал Зуев.

– Я – пас, – отозвался Иван.

Посигналив Лилиан пальцами, Зуев выключил связь, погрузил руки в чрево своего баула, порывшись, извлек бумажник с набором пластиковых карточек, забрал две штуки. Погрозив карточками Ивану, заявил:

– Я знал, что на Луне мне пригодятся срединные медяки.

– Обменные автоматы на каждом углу стоят.

– Здесь курс выше. Парень, я не первый раз на естественном спутнике любимой планеты!

– Когда Андрей придёт, пусть со мной свяжется.

– Если не забуду, то передам ему твою просьбу.

– Я серьёзно говорю.

– Пока, учёный!

Когда за Зуевым задвинулась входная панель, и Иван остался один, он блажено растянулся на диване, подставил под затылок два кулака и замечтался. Взгляд упирался в белый глянец потолка. В мозгу роились обрывки мыслей, толкаясь и путаясь. С белым цветом срединники переборщили – это факт. Когда он станет богатым, обязательно побывает в других лунных центрах, и посмотрит, как у них с белым цветом. Обозревая этот пустой «экран», представлялось, как он триумфально вернётся весь в деньгах и славе, а вся Федерация, осыпая его цветами, пропоёт гимн его гению великого ученого.

Иван вздохнул, перевернулся на бок, собираясь задремать – в мечтах он не скромничал, величая себя выдающимся учёным. Но это было правдой! Разве его система воздухоподачи не великолепна? Учитель её раскритиковал в своё время, но, как сейчас думалось Ивану, он сделал это в пылу ревности – Салехов не желал, чтобы молодые ученики так рьяно обходили его.

Не лежалось.

Иван сел. Голова гудела от мыслей. Если вдуматься, он сам поступил не лучше учителя. Почему перед комиссией он объявил разработку Салехова «сырой»? Можно было сначала отправить на Марс техническую экспертизу. А он всё обосновал теоретически! Сделать это не составило большого труда, ведь оппонент был погребён и кормил червей.