Не стихом единым, или Конь в пальто и Пиковая дама

Вы уже открыли рот, чтобы сказать, что первой была не Ева, а Лилит… Закройте! Закройте свой рот! Вы ровным счётом ничего не знаете! Их было множество до Евы. Сонм неудачных попыток. Целый выводок паразиток, претендующих называться Женщиной. Главный пробовал. Создатель дерзал. Глина была податлива и принимала разные формы. Мы дивились его фантазиям, но всегда были на подхвате. Замысел был грандиозен. Главный делал крупные мазки в нужных ему местах, а выписывание деталей оставалось на нашей совести. Впрочем, понятия Совести еще не существовало.

Но от обязанностей нас это не освобождало. И вот, в этой бесконечной, как нам тогда казалось, цепочке появилась Ева – свежая, чуть смущенная, с такой потрясающей улыбкой, что намертво впечаталась в каждую женскую хромосому и не могла уже не передаваться по наследству… Вот вы повторяете с гордостью или горькой иронией “венец творения”, подразумевая Адама, Человека-по-образу-и-подобию, в то время как настоящим Венцом Творения была Ева! АВЕ ЕВА! Вот тогда у нас выросли крылья, и мы воспарили, ибо это было не просто Творение – это было Чудо…

Надо сказать, палату мне отвели, по меркам отделения, люксовую и почти отдельную.

Люксовость состояла в наличии вполне приличного телевизора (что, по-моему, является безобразием, если в палате больше одного человека: один непременно хочет посмотреть, скажем, определенное ток-шоу, а у другого именно это вызывает рвотный рефлекс), вместительного холодильника (у меня там после операции как-то полежали пару часов две ложки тёртой варёной свёклы и несколько кружков припущенного кабачка), икон в углу (вот уж воистину: не в коня-атеиста корм), ключа на веревочке от собственной уборной за углом (вещь!) и указанной выше почти-отдельности. Последняя определялась тем, что хотя вторая кровать присутствовала в палате, пациентка на ней возлежала не всегда, а часто отпускалась домой под честное слово, что немедленно приедет, если почувствует себя нехорошо. Она проходила уже четвертый курс химиотерапии. Так мы и встретились: однажды рано утром она буквально вползла в палату. И сразу вокруг засуетились сестрички, её быстро увезли на капельницы. Позже она рассказала, как ей стало плохо к ночи, а к утру она уже мечтала покончить с этим мучительным существованием, но была физически не в состоянии что-то предпринять. У неё адски болело и крутило ВСЁ. Мужа жалела и разбудила только под утро, он сразу же отвез её в клинику.