Чудовище без красавицы

Она-то впервые писала пером и была крайне недовольна результатом, а этот мужчина откровенно восхищался, что не могло не вгонять в краску.

– Как раз учительницей языка и была, – тихо ответила, в полуобороте приподняв голову и оглядев чудовище.

Тот стоял позади, возвышаясь над ней, глядя сверху вниз, и был так великолепен, что сердечко бедняжки забилось втрое быстрее, а в голове сама собой возникла картинка, в которой этот самый мужчина наклонился к ней и собирался поцеловать. Таких видений у нее не было со времен старших классов школы, и сейчас они были крайне не к месту.

Вспыхнув, словно маков цвет, Алина резко отвернулась и вцепилась пальцами в край стола, застыв в напряжении.

– Я оставлю это себе, – задумчиво пророкотал Люциус, усаживаясь в кресло напротив и придвигая к себе чернильницу и перо. – Диктуйте ваши условия. Буду писать сам.

Сбиваясь и путаясь, Алина под пристальным взглядом едва сумела сформулировать свои требования в слова. Давненько она не замечала за собой такой стеснительности, и сейчас была обескуражена реакцией на этого мужчину.

Он – чудовище, а она не красавица, чтобы была хоть какая-то надежда на что-то между ними. Однако же грудь напряглась, словно требуя внимания, кожу пощипывали мурашки, а сердце гулко колотилось, стоило только черным глазам уставиться на ее лицо. Вот так влипла ты, Алина Анатольевна!

Глава 4

Следующие два дня Алина была предоставлена сама себе. Господарь Романдии, Люциус Гердфорт, отбыл по неотложным делам в столицу и разрешил дару богов все время его отсутствия заниматься обустройством личного быта и составлением плана поисков.

Он был прагматик до мозга костей, этот мужественный товарищ, любил действовать согласно четко составленных планов, мыслил исключительно стратегически и ждал того же от других. Он бы весьма удивился, узнав, что многие люди не разделяют его точку зрения, в том числе и сама Алина. Она, конечно, была рада временной передышке и возможности хоть немного осмотреться в этом мрачном замке, тем более, что слугам было наказано помогать ей в делах.

Разумеется, эти простые люди, привыкшие жить в отсутствие хозяина как им заблагорассудится, роптали. Еще бы! Какая-то выскочка, появившаяся ниоткуда, в первый же день заставила горничных буквально вылизать предоставленную ей новую спальню недалеко от хозяйских покоев, и была крайне недовольна нерасторопностью девушек и тем, как они отнеслись к просьбе.