Чудовище без красавицы

Пригрозив жалобой «сами знаете кому», блондинка надзирала за свершавшейся уборкой с таким видом, словно была готова сама взять тряпку и этой же тряпкой немедленно совершить правосудие в отношении слуг. Поэтому те предпочли побыстрее выполнить требуемое и ретироваться, оставив непонятную гостью хозяина в одиночестве.

– А ловко ты их! – засмеялась Алианна, все это время находившаяся рядом с Алиной. – Ни разу здесь такой суеты не было. Ленивые курицы!

– Запустили дом до безобразия! – проворчала смутившаяся женщина, с удовольствием обойдя пахнувшую чистотой комнату.

Да, здесь ей понравилось. Выдержанная в нежно-персиковых тонах спальня ранее считалась гостевой и была выполнена с удобством, в том числе обладала собственной купелью в отдельном помещении и гардеробной, сейчас, разумеется, пустующей. К сожалению, предоставить начинающему Пуаро одежду Люциус не мог в одночасье. Зато он выдал ей пару модных каталогов, велел выбрать себе что душе угодно, пообещав приобрести это в столице, и отбыл, с озабоченным видом хмуря брови и пару раз произнеся задумчиво словосочетание «черная плесень».

Что это такое, Алина не поняла, но была уверена, что в таком запущенном месте не только черная плесень разведется, а скоро моль начнет летать размером с собак, и прочие гадкие насекомые поползут из всех щелей. К счастью, здесь она временный гость. Ну, вернее, она надеялась на это, рассчитывая уговорить чудовище вернуть ее домой. После последней встречи в кабинете он уже не казался ей настолько суровым, как раньше, и даже, возможно, согласится вернуть ее в ее мир, даже если поиски успехом не увенчаются. Эта мысль грела и воодушевляла. Ровно до того момента, пока Алина не решила все же составить план поисков наследника.

Мыслей не было. С чего начать? Осмотреть место происшествия? А где оно? Та комната, где малыш родился? И что там можно увидеть? Конечно, с этого она и начала, и была даже разочарована, увидев абсолютно безликую комнату, давно убранную и законсервированную, находившуюся как раз в той части замка, в которой никто не жил.

Родильное помещение, как пояснили ей, было в светлых тонах с белыми когда-то стенами, сейчас покрытыми мелкой сетью трещин, с закрытой чехлом люлькой и специальной кроватью для роженицы, со столом для новорожденного и стулом для врача или повитухи. Все здесь говорило о том, что сразу после смерти хозяйки слуги навели тут порядок и более не заходили – густой слой пыли покрывал все поверхности.