Мой Темный-претемный властелин

Поспать было не суждено, за мной тут же пришли, разбудив в тот момент, когда тело будто чужое, и особенно тяжко проснуться. Меня бесцеремонно подхватили на руки и куда-то понесли. Открывать глаза или интересоваться было лень, к тому же я почти сразу поняла, что это гигант Атре Тан – капитан королевских гвардейцев и личный телохранитель Танелии правящей королевы Миртенской, и моей родной тети… Ну и любовник по совместительству.

Он был посвящен в особенности наших отношений, остальные же слуги и подданные считали, что ее величество просто холодна и строга с племянницей, что не удивительно.

Не более. Лишь несколько доверенных лиц были в курсе, как все обстоит на деле. А те, кто узнавал случайно, никогда бы в этом не признались, ведь они не умели исцеляться обычной водой, как я…

Атре бережно нес меня по переходам и анфиладам и мрачным коридорам западного крыла – нежилой части дворца, той, где при жизни отца находились королевские покои. Слуги сюда не забредали, опасаясь призрака Бенердика Первого. Легенду создала и поддерживала сама Танелия, чтобы отпугнуть любопытных.

Она даже собственноручно запечатала вход печатью Аэра, и это позволяло ей невозбранно творить на той половине все темные дела, когда это требуется.

Я не подала виду, что не сплю, даже когда затхлый запах и тусклое освещение сменились на благовония и яркий свет. Кто-то неподалеку охнул. Раздался сочувственный женский голос:

– Опять?!

Похоже, это одна из фрейлин увидела, как он выносит меня из “проклятой” части дома. По легенде я сбрендила после смерти отца и теперь все время сбегаю в запретные комнаты, где со мной творится что-то ужасное, а капитан гвардейцев мужественно меня спасает по приказу сердобольной королевы.

И, что интересно, никого не смущает, что крыло запечатано. Тьфу!

– С дороги! – негромко пробасил Атре, но я так и не узнала, кто еще ему попался на пути.

Вскоре запахло смесью лемонграсса и лаванды – значит он доставил меня в мои собственные покои.

– Клади ее на постель. Живее! – раздался сердитый голос тетушки.

Я ощутила, как недовольно засопел Атре. Он не любил, когда она говорит с ним подобным тоном. Меня осторожно опустили на ложе, но я сейчас не стала рисковать и подсматривать из-под ресниц, старалась дышать ровно. Пусть как можно дольше считают, что я в беспамятстве или сплю. Вдруг снова узнаю что-нибудь полезное, как тогда, накануне бегства.

– Бедная девонька! На ней же живого места нет! – запричитала было знахарка, но тут же осеклась.