Огонь в твоих глазах. Испытание

Теперь она окончательно убедилась, что с тин Хорвейгом можно и нужно бороться.

– Книги у меня больше нет… – ровный голос Защитника раздался через некоторое время. – Не думал я, что тин Шнобберы окажутся такими шустрыми… Плохо.

Он повернулся к гостям:

– Ночуйте сегодня здесь. Ты, – Пасита упер палец в грудь Нааррона, – присмотри за сестрой. Ляжешь на лавке. А ты, – он указал на Крэга, – тебя я не оставлю рядом с девчонкой, даже не надейся. Будешь ночевать в сенях вместе со мной. Холод тебе не страшен, или твоих жалких силенок даже на это недостанет? – Тин Хорвейг презрительно поморщился.

– Холода я не боюсь. А ты, вижу, по себе всех равняешь? Думаешь, я способен навредить Кирране?

– Навредить? – Пасита поднял брови, деланно удивившись, затем хмыкнул, оценивающе осматривая курсанта. – Не в этом дело. Просто уж больно рожа у тебя смазливая. Не хочу, чтобы моя девочка смотрела на нее засыпая. – «Моя девочка» он нарочно выделил голосом, радостно наблюдая, как все присутствующие напряглись.

Защитник постарался, чтобы фраза прозвучала шутливо, но на деле припомнил свои особенные сны. Он не сомневался, их причина заключается в силе Кирраны, другого объяснения просто не могло быть. Сюжет же этих снов, без сомнений, принадлежал ему самому. Он был творцом: «Ну не девчонка же это все придумала в конце концов? Для подобного она слишком невинна».

От таких мыслей на его лице сама собой нарисовалась плотоядная улыбка. В этот момент он встретился глазами с Кирой, и та вздрогнула, будто догадавшись, о чем он думает.

Но следующая мысль, заставила посерьезнеть и взглянуть уже на Крэга: «С ней рядом парень плавится, словно воск!» Это нервировало. Тин Хорвейг подумывал его выгнать вообще из избы, да только понимал, девчонку тогда тут точно не удержишь. Новоявленный братишка тоже уйдет и заберет Киру с собой.

Настаивать и ссориться с Настоятелем лишний раз тоже не хотелось. Как бы молод ни был Нааррон тин Даррен, но занимает высокий пост, а значит, могут возникнуть неприятности: «Если, конечно, заучка осмелится их мне устроить».

– Давай уже, двигай, – Пасита застыл в дверях, ожидая, пока Крэг первым выйдет из комнаты.

– Никак сам хочешь на меня перед сном полюбоваться? Ну так ладно, смотри, только руками не трогай, – поддразнил Крэг.

– Береги зад, мало ли что мне ночью приснится, – не остался в долгу Пасита.

– Свой береги! – огрызнулся курсант.

Кира, выпучив глаза, наблюдала за этой перепалкой, стремительно краснея.