Огонь в твоих глазах. Обещание

Так постоял некоторое время, в раздумьях глядя куда-то вдаль. Сжатые губы слегка шевелились, будто стараясь сдержать улыбку. На миг деревенским даже показалось, что все не так уж плохо.

– Пожалуй, мне придётся сменить гнев на милость. – Защитник сделал жест рукой, отзывая наступающих на пятящуюся охотницу прихвостней. – Ты сам расплатишься за свою дерзость.

Неуловимым движением он опрокинул Микора навзничь. Толпа ахнула. Кира ринулась было к другу, но мать поймала её за подол.

– Куда, глупая?! Хочешь, чтобы ему сильнее досталось?

«Фьють!» – просвистела плеть, в очередной раз опускаясь на окровавленную спину.

Наблюдая за происходящим широко открытыми глазами, Кира не могла поверить, что все на самом деле:

Вот бугаи Паситы приближаются, и Микор вскакивает на ноги. Вот он дерётся, с лёгкостью раскидывая их в стороны – наука Каррона не прошла даром. Свистит длинный кнут и обвивается вокруг шеи. Микор падает, и на него горой наваливаются разозлённые негаданным отпором прихвостни Защитничка.

Мужики было хотели вступиться, не выдержав подобного управства, но тут Защитник показал свою мощь. Похолодел воздух, зазвенев морозом. Заставив легко одетых по случаю тёплой весенней погоды сельчан поёжиться. Совсем побелели холодные глаза, и вдруг с неба упали острые как ножи, осколки льда. Те, кто находился ближе, вскрикнули и отскочили с покрасневшими руками и лицами. Но и на этом не остановился Защитник. Мороз сменился жаром, и на ладонях вспыхнуло пламя.

С дрожью Кира проводила взглядом огненный шар, который упал и разлетелся снопом искр почти у самых её ног, опалив подол праздничного сарафана, только накануне вышитого матерью. Жители, как один, рухнули ниц, хором умоляя о пощаде, но под тяжёлым взглядом постепенно смолкли.

В повисшей над площадью тишине взбешённый собачий лай ударил по ушам. Волчок даже не лаял – низко булькал, брызгая слюной. Скалил по-волчьи длинные клыки. Тяжёлая цепь звенела, будка сотрясалась от мощных рывков.

– Усмирите тварь! – Рявкнул Пасита, и один из его прислужников направился к собаке, на ходу вытягивая из ножен широкий палаш.

– Волчок! – Дёрнулась было Кира, но Анасташа стальной хваткой ухватила за запястье.

Пёс замолчал и прыгнул.

Свистнула сталь.

Короткий взвизг, и тяжёлое тело глухо упало на землю. Вокруг медленно расплывалась лужа крови.

Солнце клонилось к горизонту, когда избитого Микора растянули за руки между двух столбов.