Когда овцы станут волками

Мутанты встречаются с огненным ливнем, который выкашивает блеклые тела, но стадо не остановить… Несётся, несётся, отступает ненадолго, чтобы снова и снова проноситься по гулкому кольцу, пытаться протиснуться сквозь огонь, внедриться, хоть одному телу вовнутрь тёплого переплетения труб, сладких запахов человеческого пота… Вырваться, вырваться наверх, найти, найти кровь… Обманутые инстинкты гудят в заражённом мозгу, требуют свежей крови…

Перед следователями вытягивается мерцающий коридор.

Свет холодный, бледный, впитывается ровными стенами, матовыми потолками, превращающими пространство в геометрически выверенную пещеру… Звук шагов едва слышен. Картинка перед глазами серая, холодная, сращивается с гулом стада, с его угрожающим шепотом.

С потолка свисают червяки лампочек. Воздух наполнен доморощенной старостью, казенностью, обесчеловечен.

– А ты в курсе, – говорит Денисов, – что под небоскребами есть полости, где живут люди? Целое, блин, поселение чертовых отщепенцев.

– Это сказка. Внизу только мутанты. И все.

Денисов усмехается.

– Ну, сказка, так сказка.

Дальше… шаг/шаг/шаг… по растянутому коридору, обросшему прямоугольниками задраенных облупленных дверей… дальше: широкий плакат, под золотисто-бирюзовую стилистику, выплюнутый серединой столетия, музейная диковинка, приглашает раскормленных бюргеров Евросоюза вступать в антитеррористический легион… Они дышат посвежевшим очищенным воздухом, обставлены клетушками вечной зелени, обласканы ржаными колосьями… ароматный хлеб, который так сладко преломить за столом, новая, новая жизнь, новый мир, еще незнакомый с растением-мутантом, радостный, смотрит в будущее с твердой надеждой… и надеяться есть на что: у нас тут свои заводы, свои производства, мы перестали плясать под дудочку Америки, совсем не нуждаемся в их миротворческих паразитах… мы! мы! мы! будущее Евросоюза, нашими силами континент будет процветать, становиться сильнее, богаче, влиятельнее…

– Батек мой служил в таком, – говорит Денисов, укорачивая шаг.

Фролов не знает, что сказать. Слишком банально и очевидно. Что произошло дальше. Взрыв на далеком испанском заводе.