Секс-защитник по соседству

Я не для того выжил когда-то среди врагов, чтобы бояться маленькой женщины, которая всем своим видом показывает, что очень самодостаточна и в поддержке не нуждается.

Ну да. Ну да. Хотя, может быть дело в том, что мы с парнями приперлись чинить ее толчок во время принятия душа. А ее сестренка, которая упорно притворяется парнем, с улыбкой пустила нас, забыв очевидно о водных процедурах Анжелики.

И вот она стоит, за тонкой шторкой, сквозь которую прекрасно видно ее изгибы и аппетитные формы.

Парни толпятся за моей спиной, а я только и думаю… Кого сейчас Анжелика проклинает больше? Создателей совмещенных санузлов или меня, упорно не отдающего ей полотенце.

Я просто держу его раскрытым, готовый помочь Анжелике в него завернуться. Только и всего… Ну я же по доброте душевной, а не потому что это очень хорошая возможность увидеть, не изменилось ли ее тело за полгода.

Я точно извращенец.

И мне даже парни не мешают, потому я всем своим видом показал, чья это женщины.

– Илий… – слышу бас бригадира сантехников.

– Выйдите пока, видите, девушка стесняется, – говорю через плечо и быстро возвращаю взгляд на шторку.

– Я не стесняюсь, – недовольно бурчит она, выглядывая. – Просто вы ведете себя неадекватно.

И ведь не поспоришь.

Только сделать с этим ни я, ни она ничего не могут. А в паху уже кусаются шмели и жалят, распространяя по телу свой возбуждающий яд. А все дело в оттопыренной попке.

Женщинам с такой фигурой надо срочно запретить ходить по земле, побуждая мужчин на самые странные поступки.

Например, такой, какой совершаю я.

– Лика, – именно так называет ее сестра. – Я всего лишь хочу помочь. Помогу вам безопасно выйти, и ни один из тех обалдуев за дверью не посмеет на вас посмотреть.

– А вы? – прищуривается она и поджимает такие пухлые, влажные губки.

– Ну… – пожимаю плечами. – За все приходится платить. Я никому не скажу о том, что увижу. Сохраню внутри себя, как самое приятное воспоминание.

Иногда достану, чтобы…

– Шут и хам, вот вы кто… Илий. Что это вообще за имя такое? – говорит она и переступает с ноги на ногу, а шторка облегает часть бедра.

Дыхание перехватывает от зависти. Сейчас я готов оказаться даже капелькой, что стекает по ее виску.

– Напоите меня чаем, и я расскажу вам трагичную историю о том, как затерялись три буквы моего имени… Выходите, не будем же мы стоять здесь до вечера.