Собственность бывшего

Где среди непонятного телевизионного шипения различаю слова «не питает чувств». Прежних чувств. А были, мать его, чувства???

– Диана, – влезает в мою голову Артур, но я не хочу этого. Я не хочу становится зависимой от его голоса, от его взгляда, от его грубых прикосновений и двадцати сантиметров, которые он однажды дал измерить.

– Замолчи, я разговариваю с мужем! И дело не в том, что когда-то мы встречались. А в том, что к своим целям ты идешь по головам, никого не жалея. Дело в том, что я пытаюсь объяснить своим родным, что работать с тобой – это как залазить в пасть к дракону, который в любой момент сожжёт заживо, – высказала я на одном дыхании, на что Виталий чуть сильнее сжимает мою руку.

Я же пытаюсь спалить взглядом Артура, в глазах которого ответный огонь. Так горячий, что жжет в груди.

– Так вы встречались! – смеется Таня и впервые мне хочется попросить ее заглохнуть. – Вот это совпадение. Ясно тогда почему Диана против. Я бы тоже не хотела работать со своим бывшим.

– Вашей клиникой и продвижением буду заниматься не я, – вдруг прерывает Таню Артур, смотря прямо на меня. – У меня есть более важные дела. Я лишь буду курировать.

– Ты так говоришь, как будто все уже решено.

Артур отклоняется на спинку стула, абсолютно расслабленный. Спокойный, словно уже сожрал пару девственниц на обед и ждет нового жертво – приношения.

Я перевожу взгляд на Виталия, лицо которого покрылось пятнами. Это бывает в случае, когда он съедает орехи или, когда ему стыдно.

Он ничего не ел.

– Ясно. Ты меня извини. И вы все. Мне нужно подышать свежим воздухом.

– Конечно, я тебя провожу, – вскакивает Виталий, но я кладу руку на его плечо.

– Не надо, милый. Просто что – то душно стало, – беру я сумочку и ни на кого не смотря, ухожу из ресторана.

Пройдя несколько улиц почти не глядя, я заворачиваю в переулок и прижимаюсь лбом к прохладной стене. Мне даже плевать, что она грязная.

Как? Как ему удалось так быстро вызывать у меня отвращению к людям, с которыми я провела пять лет в согласии.

Конечно внутренний голос шепчет, что и проблем не было, но все-таки…

Из горла рвется стон боли и отчаянья.

И сейчас у меня вариантов не много. Можно снова уйти, снова сбежать, потому что боялась сказать, что больше не хочу быть его вещью.