Точка бытия. Рассказы, повести, притчи, стихи

Старичок отдал сотню, молодка сошла возле храма, и с нее водитель запросил сто пятьдесят. Наверное, за ребенка. Наконец, выехали за город, и понеслись по сторонам сумеречные заснеженные перелески.

– А все-таки до Васильков цена четыреста рублей, – заговорил таксист. Хотя он может быть и не таксист, а «таксующий», то есть подрабатывающий извозом. И видать, неплохо подрабатывает. – Вы поймите, нет теперь такой цены – триста до Васильков. Может, когда-то и была…

– Наверное, сдерет четыреста, несмотря на уговор, – обеспокоилась пассажирка.

А у нее может не быть без сдачи.

– Ну вот, – вздохнула она. – Да не поехала бы я с вами, если б силы были ждать автобус…

Женщина пыталась более для себя оправдаться, почему не стала ждать автобус.

– Что ж вы в дорогу пускаетесь, раз болеете?

– А ехать надо. Там у сына нога сломана, тут мать старая больная. Так и мотаюсь. Цены растут, а пенсию-то нам не прибавляют…

Водитель молчал, не поддакнул. Кто знает, о чем он думал. Старуха могла насочинять с три короба, чтобы платить поменьше… Он не убавит цену.

Жаль, пятьдесят рублей сторговала.

– Какой дом у вас?

– Старый… самый разваленный…

Вот и приехали. Нашла триста бумажками и еще пятьдесят мелочью. Водитель вздохнул:

– Нельзя так жить, бабуля. Ну что вот вы всю дорогу ноете? И нога сломана, и дом развалюха.. Бодрее надо на жизнь смотреть! Жизнь дается один раз!

И кивнув на прощанье, таксист газанул от дома.

Жизнь дается один раз, каждому свое, пятьдесят рублей на дороге не валяются… Такие мысли вертелись в голове бабки, которую состарили заботы раньше времени.

Ладно, вот она и дома. Все хорошо…

Неудачная фамилия. Притча

Жил-был Иван Иванович, простой и скромный обыватель нашей необъятной страны. Но угораздило его иметь фамилию странную: Догадливый. Откуда она повелась, Иван Иванович точно не знал. Дед говорил, что дали такую еще при царе: предок был или догадливый ратник, или смышленый слуга у барина. Наверное, деды гордились такой фамилией.

Ивану она неудобств не причиняла, до поры до времени. Наоборот, в школе учителя знай похваливали его за толковость.

Но вот настали времена, когда фамилия стала звучать подозрительно. Где бы ни объявлял свою фамилию ее владелец – на приеме у врача, при проверке водительских прав, при поиске в списке избирателей – на него косились или хмуро, или с ухмылкой. А то и ставили под сомнение сообразительность Ивана Ивановича.