Хока

– Ну, что, созрел? – спросил старец, едва они оказались в маленькой канцелярии архива.

– Созрел, – смущенно ответил Гурин, – отец Никифор, а почему Вы мне сразу не сказали, когда я только пришел.

– А я и сказал, но ты не услышал – значит, еще не готов был к разговору. Каждый хранитель имеет свойство видеть больше, чем любой человек. Он и преемника подбирает себе по такому принципу. А, кроме того, есть информация, которой нет в наших архивах, она передается, так сказать, из уст в уста, путем заучивания.

Гурин потрясенно слушал монаха. Как много удивительного проявлялось в последнее время рядом с ним, и даже в том месте, где все было знакомо, и о котором он, оказывается, ничего не знал.

– Отец Никифор, скажите, что такое, из себя, представляет Черный идол? – задал Гурин вопрос, на который больше всего он хотел получить ответ.

– Правильный вопрос задаешь, – сказал старец, – не зная противника, его трудно победить. Я расскажу все, что знаю.

– Да. Я, когда взял его в первый раз в руки, помню, удивился. Глядя на его размеры, казалось, он должен быть легче.

Монах кивнул головой.

– Несмотря на свой необычный вид, он имеет свой реальный прототип. Это – чертова мать. Она действительно мать всех нечистых. Она всегда беременна, потому, что рожает постоянно. Именно она производит их на свет, настоящих, породистых чертей.

– Вот, откуда у нее такой огромный живот! В нем должны развиваться одновременно несколько зародышей на разных стадиях.

Старец пожал плечами:

– Не знаю. Может быть. Ну, слушай дальше. Народ они умный, не зря их считают потомками падших ангелов. Но есть среди них полукровки, называют их тинками. У них очень маленькие рожки. Ростом они значительно меньше чистокровок и пушистые. Разум их останавливается на детском уровне, поэтому они ведут себя как несмышленые дети.

– А они откуда берутся?

– Вот это, очень интересно. Они рождаются от наших женщин.

– Как эти существа их находят? И где весь этот мир, я понимаю, что не рядом с нами, иначе мы бы о них знали?

– В том-то и дело, что рядом, но мы их видеть не можем потому, что там совсем другие измерения. Они не могут проникнуть в наш мир, а мы в их. Бывают, исключения.