Елена – дочь Софии. Дочери Руси

Он понимал, в глубине души, что это для него настоящее наказание божье.

Глава 9 Наказание

Во все времена и новгородские и киевские князья в минуты затруднений обращались к великим предкам, ведшим счет от богов и героев, были уверены, что те придут на помощь. Московские князья, нарушив все законы, не могли надеяться на поддержку богов и героев. Они сами от них открестились. Ведал ли о том Иван Калита, когда все сокрушил, но он лишил потомков такой поддержки и опоры. Обращаться же к нему самому, сумасбродному Симеону или несчастному Дмитрию вряд ли кому-то хотелось.

Даже их прямые потомки были уверены, что за все злодеяния и предательства свои они в аду сгорели и обращаться к ним бесполезно.

Вот и остались они в вечности в полном одиночестве, окруженные враждебным миром, и мало что могли поделать, оглядываясь на тени и призраки, которые вряд ли им желали добра.

Вот и Ивану порой казалось, что даже эти новые заступники – Симеон Гордый и Дмитрий Донской – и они взирают на него с укоризной, и недовольны тем, что видят и слышат.

Ни на кого не мог он надеяться, никому верить не мог.

И живые князья в уделах, и ушедшие к предкам, все они, наверное, ждали только одного – его падения и позора великого. Как же было ему теперь удержаться?

№№№№№№№

Тогда и вспомнил князь Иван свою свадьбу. В те дни, когда казалось, что не все еще так скверно. Князь Борис появился со своей свитой уже к концу свадебного пира. Он говорил о том, что его задержало, но князь Иван был уверен, что ему просто не хотелось тут раньше появляться.

Не мог он скрыть презрения, словно в зачумленном мире оказался, из которого ему хотелось поскорее уехать назад. Что он и сделал, едва присев на почетное место за столом, ломившемся от яств. Недаром таким было его настроение. Он был суров и мрачен от того, что тень Михаила и сыновей его повсюду за ним следовала, он никак не мог от них избавиться. И казалось ему, что и еда была отравлена своими или чужими, какая разница.

Он пытливо взирал на дочь и двух слов ей не сказал. И все казалось жутким, неловким, скверным. Словно бы страшная гроза должна была на головы их пасть.

Иван вздрогнул. Он вспомнил, как коснулся руки невесты. Она была холодна, как лед. И с тех пор ощущение, что перед ним мертвец никак не проходило. Тепло и хорошо ему было только тогда, когда они оставались далеко друг от друга. И это казалось ему самым странным ощущением на свете.