Елена – дочь Софии. Дочери Руси

Он часто пристально смотрел на нее, и все время чувствовал этот жуткий холод, ему хотелось убедиться, что его жена все-таки жива.

№№№№№№№

Мария пыталась дознаться о том, кто же такая наложница князя. Вряд ли он проводит ночи в одиночестве, когда не появляется у нее, а тут он появляется редко. Но здесь она ничего не могла понять. Даже когда подслушивала разговоры, она убедилась, что они ничего не говорили о возлюбленной князя. Но вскоре такое бесполезное занятие ей надоело. Она вовсе перестала интересоваться князем.

Она понимала, что ничего не сможет сделать, а потому не стоило себя как-то наказывать и окончательно потерять покой.

Ольга в то время обретала новые силы. Она могла руководить княгиней. Гордилась, что стала для нее необходима.

Она оставалась в храме, и перед образами возникли мысли о смерти. Но она тут же попыталась от них откреститься.

– Я не могу больше нести этого креста, пусть все хоть как-то изменится в этом странном мире.

Глава 10 Скверные мысли

Чувствовала дева красная, что каждый день, проведенный в столице, отражается на душе, та каменеет.

Ольга же ощущала, как ускользает от нее княгиня, но думая о себе самой. О ком же ей еще было думать, старалась удержать ее в этом мире. Лишиться всего, что она завоевала, из-за этой дурехи, ей вовсе не хотелось. Она останется, забыв обо всех капризах. Никогда не ощущала Ольга себя такой сильной, не было прежде такого желания бороться и стоять до конца. Она давно и хорошо знала Марию, с ней легко модно было справиться.

– Почему она окаменела, почему ничего не видит и не слышит? Ольга была внимательной и деловой. Она не сдастся просто так. И хорошо, что князь все еще ее не замечает. Не знает он, какая опасность грозит. Он так беспечен. Это рано или поздно скверно для него закончится.

Она теперь все время оставалась настороже и готова к любой неожиданности, потому что давно привыкла считать себя княгиней.

Ольга вспомнила о том, что у Марии было с князем Борисом. Она и тогда была практична.

Хотела добиться власти над ним. Борис принял ее ухаживания, и даже был откровенен, но он не позволил приблизиться к себе.

Тогда она и устремилась в Москву, оставив без сожаления Тверь и князя Бориса. Но теперь понимала, что и в Москве повторяется то же самое, вот что обидело ее и больно задело.

Эти проклятые князья, могли позволить себе любой каприз, – с горечью думала она, но никогда не решаться помочь тем, кто рядом, вот что скверно.