Кошмар победы. Князья и воины

А что, украсть дочь самого Ярослава, на которого у него давно свой зуб был, дело страшно приятное, и при этом еще Игорю помочь – двух зайцев можно разом убить. Потому и решил он за это дело взяться, а потом уж полностью переключиться на тех троих, которых святыми назвать было трудно. Троица давно заслуживала внимания, пыл их надо было охладить.

Он чувствовал, что дело принимало серьезный оборот. На карту были поставлены жизнь и смерть. Дух захватывало даже от планов грядущих. И засучив рукава бес стал дело делать.

№№№№№

Сон и явь оставались одинаковы тягостны и неприятны с того самого момента. И хотя в любви он не был особенно счастлив, но все поправимо, пока человек жив.

Игорь понимал, что в первую очередь он должен построить свой храм. Это было особенное сооружение. Князь этот имел дерзость не верить новым богам, потому он не мог рассчитывать на поддержку священников. Он все время с детства обращал свой взор к грозным богам своих предков, и надеялся только на их одобрение и поддержку.

Вначале священники черниговские изо всех сил боролись за его грешную душу, но понимая, что дело это безнадежное, отступили. Они даже и представить себе не могли, что во второй половине 12 века среди славянских князей мог быть язычник.

Игорь все видел и понимал, но оставался верен себе до конца. Только яростная борьба обострялась с каждым днем. И с каждым днем было у князя все меньше сторонников, и все больше врагов лютых.

– Не в их власти уничтожить меня, – продолжал он спор с невидимым собеседником, и тот отвечал ему:

– Ты исчезнешь, словно тебя на свете и не было никогда.

Но кто говорил с ним, бес или его собственная совесть не могла оставить его в покое. А может, это они вместе против него действовали. Но это не только не сломило его дух, а придало задора в борьбе. Он готов был броситься в огонь и в воду, и ничто не останавливало его в те минуты.

– Он поможет мне, – думал потом Игорь о бесе.

Но князь прекрасно понимал, что в первую очередь он может думать только о себе самом, а потом обо всех своих помощниках.

У беса невесть, что на уме, он ничего не делает просто так, и еще неизвестно, что лучше, его помощь или невмешательство. За что бы ни брался опальный князь, в тот миг казалось, что все было против него, но сначала это только вдохновляло и заставляло его сражаться. Но усталость может уничтожить любые порывы, тогда ничего от них больше не останется.