Олимпийские страсти. Тайны лабиринта

И озирался Вестник воровато,

Ну что за мир, здесь нечего стащить,

Да, за союз жестокая расплата

Сюда Аида было затащить.

– Но кто-то должен в этом мире тоже

Остаться, – виновато Зевс сказал.

– Себя перехитрил и уничтожил

Ты нынче землю, – вестник отвечал.

Так до чертогов грозного Аида

Они дошли и спорили в пути.

Зевс шел, он раздражения не выдал,

Но отшатнулся – Цербер там рычит.

10.

– Откуда эта яростная псина?

– А что ему осталось тут во тьме?

Твой брат и пес – достойная картина,

Такое и приснится вдруг во сне

Так не проснешься, – шутит вестник снова,

Но не до шуток Зевсу в этот час,

Раздавлен тьмою, яростен, взволнован

Он ищет Персефону, снова злясь.

– Нет, дочь свою я не оставлю, ясно,

Найдем и заберешь ее в тот миг.

– Не тешь себя надеждами напрасно,

Я видел Афродиты дивный лик.

11.

– И что она? – Она любовь вселила,

И ты бессилен это изменить.

А Цербер рявкнул, все вокруг бурлило

– Достойно надо просто отступить.

– Но уступать я больше не намерен.

– Одумайся, они тебя сильней,

С ним Люцифер, смотри, какие звери,

Нам не укрыться в аде от зверей.

Тут есть еще эриннии, драконы,

Богиня Никта с ним, а не с тобой,

И слышались повсюду только стоны,

И понял Зевс, что проиграл он бой.

12

Но повернуть обратно не решился,

Он к трону шел, как прежде на Олимп,

А вот и Люцифер, и свет разлился,

И Персефона дивная стоит.

Она во тьме была еще прекрасней,

И улыбнулась: – Вот и мой отец,

Ты так спешил, я думаю на праздник.

– Какой же праздник, миру там конец.

– Но что случилось? – Там Деметра плачет,

И гибнет на глазах у всех земля.

– Я не вернусь. – Но что все это значит?

– Я влюблена и с ним останусь я.

13.

– Опомнись дочь, все это Афродита,

Она так любит яростно шутить.

– Я влюблена, и лишь его увидев,

Забыла мир, и здесь хочу я быть.

Аид молчал, он все сказал когда-то,

Пусть Зевс слова бросает в пустоту.

– Земля погибла, за Олимп расплата,

Свет захватив, он позабыл про тьму.

И вот она безжалостно настигла,

Как уж он вьется, и о чем кричит.

– Пошли со мной, чтоб больше я не видел.

Молчание, лишь Цербер там рычит.

14.

И никакого к Зевсу здесь почтенья,

На море пусть лукавит Посейдон,

Аид молчит, отбросив все сомненья,

Он победил, но так печален он.

А что же Зевс, сменил он гнев на милость.

И снова говорит им о беде.