Олимпийские страсти. Тайны лабиринта

Гермес молчал, она швырнула кубок,

И поднялась спокойно от стола.

– Нет, издеваться мир над ней не будет.

К Аиду Гера в этот час пошла.

Ее улыбкой встретит Персефона,

И Люцифер так радостно сверкал,

Что убежала, так и не опомнясь.

– Не может быть, не может, – все шептала.

Цветок алел, но Гера наступила

И раздавила страсти дивный свет.

А Персефона так тогда любила,

Что никого счастливей в мире нет.

21.

Адониса ей Артемида бросит,

Погиб от дикой схватки с кабаном

Любовник Афродиты, только спросит:

– Зачем жестока так сестра, любовь

Она сама отринула однажды

И видеть не могла, как любит он.

И ей Гермес в тот горький миг расскажет,

Как мир покинув, Афродиты стон

Разносится по небу и по морю.

– А в каждой капле роза расцвела.

– Да можно жить лишь с этою любовью.

К Адонису богиня подошла.

22.

– Пусть он идет, – Аиду говорила,

Ведь он вернется все равно назад.

О, как тогда зверела Артемида,

Усилия напрасны, и галдят,

Как птицы в небесах, в лесу до срока

В объятиях Адониса пьяна,

Забыла Афродита даже бога

И голову теряет с ним она.

Но что до гнева снова Афродите,

Когда Адонис в мир вернется к ней,

И зависть свет закрыла, и не видит

Там Артемида радости своей.

23.

Она к Орфею в ярости подходит.

И этот тоже весел и влюблен.

– Но кто жена? – Да Эвридика вроде.

– Недолго веселиться будет он.

И там, где веселилась Персефона,

Там Эвридика милая прошла.

Змея в траве, и падает со стоном,

И снова Персефона поняла,

Что надо бы спасти ее от гнева.

– Охотница не в меру мстит жестоко,

И вот к Орфею птица полетела:

– Ты выведи ее. И бури рокот.

24.

Аид суров, не верит он Орфею,

Но и жену не хочет огорчать.

– Бери ее, иди туда скорее,

Не оглянись, а то она опять

Во тьму вернется, недоверье ранит,

И если ты тогда ее любил..

Торжествовала Персефона рано,

Он оглянулся, деву погубив.

И снова бродит и зовет напрасно,

Зарыты пред Орфеем ворота.

Суров Харон, и не случился праздник

И не спасти прекрасного певца.

25.

Но мстит ей Аполлон теперь жестоко,

Явился Посейдона грозный сын.

– Зачем пришел беспечный и высокий, —

Аид тогда племянника спросил.

– Да, так, устал, нужна мне Персефона,

Я снова не женат, и не влюблен.

И содрогнулся ад тогда от стона

Или от смеха, нет, не понял он.

– Иди и подожди ее за дверью, —

Аид в тот час Тезею говорит.