Плач Ярославны. Дочери Руси

Но ее ждало разочарование – никто не видел и не слышал незнакомца. Навстречу ей выехало несколько всадников, но среди них не было его. Она поняла, что они только проезжали мимо, в град их не завернули.

Постепенно ей стало казаться, что это только видение, а в реальности не было никакого князя Игоря. Она слышала, что сон наяву – такое случается, когда очень хочется что-то узреть – оно появляется. Но разве в чем-то она могла быть до конца уверена.

Слезы сами потекли из глаз.

– Он только призрак, – говорила княжна, – но он был так прекрасен.

Но может быть он на самом деле появится, его можно будет коснуться рукой.

Но сразу вспомнился прекрасный и суровый лик отца, ведь даже если он и появлялся, разве отец согласится. Если бы это был Всеволод или Роман Волынский. Но это князь Игорь, кто он и откуда, если здесь ни разу о нем не слыхали. Он совсем другой, словно бы с небес к ним спустился.

Он, скорее всего, был кем-то из младших богов, а не человеком.

Потом появился грозный Перун, и ему пришлось отступить.

№№№№№№

Игорь снова удивил спутников своих.

Князь только издали взглянул на Галич и не стал заезжать в город. Он сказал, что князя Ярослава нет дома, и делать ему там нечего.

Это было безрассудно. Проделать такой путь, чтобы повернуть от самых ворот назад.

Но он князь и волен поступать, как захочет. Что-то подсказывало его спутникам, что он боится Галицкого князя, хотя они никогда прежде не сталкивались.

Но по его улыбке, они поняли, что он видел то, что хотел увидеть, зачем сюда стремился. Он получил все, что желал. Они не случайно, не просто так возвращались.

Но ехать было спокойно и радостно.

Князь Игорь возвращался в свои владения.

Глава 16 В своем граде

Князь Ярослав появился в Галиче раньше, чем предполагал. Ему хотелось посмотреть на то, как там без него обходятся.

В нескольких верстах от своего града он заметил всадников.

Они были юны и ему незнакомы, и двигались уже от его града.

– Кто таковы? – стал спрашивать он у воинов.

Те только пожали плечами, но ничего сказать князю не могли.

Князь понимал, что они пришли не с дурными намерениями, воинства за их спинами не было. Но вот от женихов нельзя было зарекаться, а это беспокоило князя больше, чем внезапное нападение соседей. Хотел бы он взглянуть на того, кто осмелится на него напасть.