Власть и страсть. Князья и воины

– Ты веришь в это?

– А ты веришь в то, что бессмертные боги могли куда-то исчезнуть? – насмешливо спросил он, – Да не бывает такого, они следили за нами и ждали подходящего часа, но почему он наступил в мою бытность, вот этого я не понимаю. Теперь и без того бед хватает. Почему они на Владимира Окаянного не обрушились? Да и Ярослава можно было хорошенько тряхнуть, но они напали на меня, словно никого другого там и не было.

– Ты напрасно считаешь себя спасителем.

– Наши беды и горечи оттого, что мы предали их, может, только мне одному из всех дано было понять это.

Я знаю, что победа будет за нами, за тех, кто с начала до конца останется с ними.

– Такого не будет никогда, – крикнула княгиня, – но чувствовалось, и в ее голосе ощущалось, что так все и будет рано или поздно, и невероятно сильной казалась обида.

Они пытают нас, они издеваются над нами, однажды они просто прикончат предателей. И даже жестокими нельзя будет назвать богов, потому что по сути своей они будут правы, – говорил Всеволод, и хорошо, что священник его не слышал, хорошо, что решил удалиться, оставив их одних, потому что эти речи были ему ножом в спину.

Они убивали не тело, а душу, и это значительно страшнее.

– Перун бросил мне огненный шар, – задумчиво размышлял Всеволод, этим он и доказал, что существует. Они не случайно нас крестят еще при рождении, чтобы мы верили слепо и ничего главного не замечали. Но была возможность еще что-то исправить.

Если бы появился тот князь, который раньше моего узрел бы этот шар, построил капище, кумиры из лесов заповедных вернул в наш мир, может быть мир и счастье наступит на земле тогда.

Княгиня понимала, что говорить с мужем бесполезно, и это гневило ее еще больше. Она совсем не знала того, кто был рядом с ней все эти годы, понимала, что это совсем чужой для нее человек.

Княгиня ушла к себе раздосадованная, она только теперь поняла, что вся ее семейная жизнь шла насмарку.

Грешник Владимир спас этот мир, повернувшись лицом к их богу, а ее муж всех снова погубит, растопчет то, что было достигнуто, а если он проживет еще несколько лет с такими помыслами, то от мира вовсе ничего не останется.

ГЛАВА 2 ТРУДНЫЙ РАЗГОВОР

Княгиня и на самом деле не могла понять, кто из них прав, она ли, без остатка отдавшаяся чужому богу или Всеволод, какими-то невероятными трудными путями возвращавшийся к старым богам.