Водяные, Лешие, Русалки. Духи заповедного леса

– Шантажист чертов, – взревел Кощей, – А ну-ка Настька, выходим, я помирать из-за тебя не намерен, любовь любовью, но жизни лишиться – это уж слишком, не к чему мне это.

И княжна появилась на пороге, она была спокойна, и мало походила на несчастную пленницу. Федор это сразу заметил. Не мешало бы еще выяснить, кто и кого украл из них. Но раз они пришли, то надо было спасать.

– Домовой без тебя убивается, с ног сбился, ничего делать не может, а ты тут со старикашками развлекаешься, – ворчал Банник.

– И как это он забыл про свою Лизавету и обо мне вспомнил? – усмехнулась Анастасия, – сколько я его звала да искала, он был глух, и вдруг такая забота, я сейчас разрыдаюсь.

Она была обиженна на все, что происходило вокруг.

– Из-за Домового ты удрала из Киева? – поразился Банник, – но пошли назад, мы все побросали там из-за такой никчемной девицы. Ноги били столько верст, чтобы узнать, что Домовой, этот старик несчастный о ней позабыл. Вот и разбери этих девиц, с ума все спятили.

Возмущению его не было предела. Но девица оказалась на редкость спокойна и упряма – настоящая королева.

Она оглянулась на него и двинулась к ним навстречу, хотя особенно ей не хотелось уходить.

№№№№№

Почти всю дорогу они не разговаривали. Банник был уверен в том, что все усилия были напрасными. Но с ним такое случалось всегда. Но пока ждали возвращения княжны и черта, Домовой обходил свои владения и следил за баней, потому что и в эти дни людям надо было мыться.

Когда он вернулся в дом и увидел ее в постели, то глазам своим не поверил.

Он долго стоял над нею и думал о том, что что-то не совпадало. Если нет ни Федора, ни Банника, то откуда взялась она. Конечно, она могла вернуться из другого места и без них. Но Федор никогда не ошибался, если он говорил про Кощея, значит, она была там. Даже если бы Кикимора и обернулась княжной, зачем бы она завалилась спать в ее кровать – в это не было никакого смысла. Но чем больше он присматривался, тем больше понимал, что это была не она. И он удивился тому, что никто из людей во дворце этого не заметил.

И тогда он решил разоблачить самозванку. И первым делом он свистнул любимого пса Анастасии Дива.

Девушка невольно проснулась и открыла глаза. Пес уставился на нее и стал рычать. Было очевидно, что он не узнавал девушку.

– Но это не моя собака, – не растерялась она, – откуда взялась эта псина, где мой песик.

И тогда сам Домовой обернулся черным псом.