Восставший из пепла. Князья и воины

Он отправлялся в храм, чтобы поставить свечи за упокой, и понимал, что это его время и его жизнь, и не на кого он оглядываться не может и не должен.

ГЛАВА 4 СЛАВЯНСКИЙ МИР

Князья в Сварге пробудились от забвения своего, которое когда-то подарил им бес, чтобы посмотреть на то, что там твориться будет.

Многие из них уже отрешились давно от дел земных, но как герои и богатыри должны они были помогать потомкам своим в трудную решающую минуты. И казалось, что именно такое время и наступало.

Много беды и горя произошло на русских землях с того дня, когда князь Игорь оказался в половецком плену.

Они восприняли это тогда, как настоящую трагедию, но теперь знали, что была она только детской забавой в сравнении с тем, что потом со всеми с ними приключилось. Они не видели, но знали, что столетия подряд били их потомков татары, заставляли ползать перед ними на коленях и с ужасом ждать завтрашнего дня.

Бес старался им все это преподнести более мягко, он не переносил трагедий, понимая, что никакой пользы ни живым, ни мертвым они не принесут, только дух их будет подавлен, и потом очень трудно станет подняться и расправить плечи.

Но когда он им показывал что-то, то от ужаса и горя они готовы были умереть во второй раз, если бы такое реально было. Но в последние годы бес появлялся у них в Сварге редко, новостей почти никаких не приносил. Казалось, что и на земле все умерли, или погрузились в вековой богатырский сон и ничего там не происходит и происходить не может. Они догадывались, что было это затишье перед бурей – всегда так у них бывало.

№№№№№№

Странный это был мир и времена странные. Они все помнили, как в крамольном «Слове», о котором столько говорили, но никто его не видел, князь Игорь призывал их объединиться, всем вместе против врагов своих выступать. Они не послушались, тогда Чингисхан к порубежью подошел, а потом и внук его Батый по землям русским, как по своим собственным прошелся. И разрушил он половину миру славянского, а вторую половину подчинил, тогда казалось, что навсегда.

И все равно, каждый из князей старался упорно свой удел центром мира сделать. А для этого надо было бороться с братьями своим, Объединяться никто не собирался по-прежнему, даже беда и рабство ничему не научили князей русских.

Так больно было бесу сознавать, что напрасно все было. Он сроднился с ними и считал их своими за долгие столетия, еще со времен Волхва, а потом и Рюрика с Олегом. Но какими же упрямыми были эти славяне.