Замуж за 30 дней

– Если тебе так интересно, меня зовут Пол. Фамилию, уж извини, я придержу при себе, – и он почему-то усмехнулся.

Пол. В десятый за сегодня раз я покраснела, поняв, что проговариваю это имя вслух, будто пробуя его на вкус. Хотя, имя действительно красивое. Как Пол Верховен. Или Маккарти.

На самом деле я уже почти не удивлялась, что впала в состояние, близкое к трансу. А в каком еще состоянии пребывать рядом с мужчиной, который выглядит и говорит так, словно он и есть тот самый пресловутый «ходячий секс»?

Скрипнув по полу стулом, Пол вдруг придвинулся ближе, заслоняя собой зал ресторана, и накрыл мою руку своей.

Я опешила, но ничего не сказала. Может, у них так принято? Вместо рукопожатия?

– Ты очень красивая девушка, Вера… – пробормотал он, склонившись ко мне. Даже в сидячем положении он был выше меня на целую голову. Может потому и говорил мне в висок, хотя слова явно предназначались для того, чтобы сладкой патокой литься мне в ухо.

– Спасибо… – ответила я хриплым шепотом.

Понимая, что будет крайне невежливо упасть при первом же знакомстве в обморок, я вцепилась в край стола.

Чуть отклонила голову назад, подставила ухо, чтобы уж в следующий раз точно попал своими комплиментами, куда следует…

– И уверен, что нас с тобой ждет крайне интересное и приятное знакомство… – отправляя полк мурашек прямо мне в позвоночник, Пол водил по моей руке указательным пальцем – от запястья к локтю и обратно…

Карточку… возьми у него карточку… или телефон попроси… и беги отсюда, Вера… беги, роняя тапки…

Единственная резонная за сегодня мысль билась о мое замутненное сознание, как рыба об лед.

И сдохла, будто молотом тюкнутая, когда горячая мужская ладонь вдруг переместилась с моего запястья вниз – под длинную, белую скатерть. Прямо на мое разгоряченное колено.

Ресторан пропал.

Весь белый свет пропал, во главе со всеми моральными устоями, социальными нормами, и целомудрием, хранимым со времен одногруппника Ромы Горбухина…

Пусть увозит меня отсюда.

И плевать, что мы с разных полушарий… а по ментальности все равно, что с разных планет. Плевать, что говорим на разных языках, и на то, что у нас, с вероятностью до ста процентов, ничего не получится.

Плевать, если он женат.

Даже на мой спор с Кирой и то плевать – я уже не делала это на спор.

Я просто хотела его – до одури, до сведенных челюстей и прикушенной в кровь губы. До уходящих под веки зрачков, до стиснутого в груди, еле сдерживаемого стона.