В погоне за Зверем

В общем, Тося-сорви-голова пропала где-то после эпизода с мячом. Девочка отобрала мяч у некоего Коли, но мяч благополучно вернулся к владельцу, а вот Тося исчезла.

Чёрт! Я чуть не выругалась в слух. Сигарета всё-таки обожгла мне пальцы. Быстро потушив окурок в переполненной пепельнице, стоящей на подоконнике, я чисто машинально бросила взгляд вниз. Ко входу подъехал мотоцикл. Это Шумский привёз друга в отделение и уже через минуту громкий топот в коридоре сменился тяжёлым сопением за моей спиной.

ЭПИЗОД 2.

– Как просила! – с раздражением пробасил Евгений Иванович.

 – Садись, Миш.

А вот с Лясиным его тон смягчился. Стал каким-то сочувствующим. Ну конечно, я же бесчувственная стерва, готовая посадить невиновного человека в тюрьму, или, ещё хуже, выбивать из него нужные мне показания. И тем не менее, я спокойно поправила капитана, медленно поворачиваясь.

– Приказала.

Шумский скривил недовольную мину и направился к своему рабочему столу, попутно придвинув стул другу. Правда, придвинул он его поближе к себе, чтобы если что вовремя встрять в допрос.

Похоже, без истерик мне Лясина не допросить. Шумский, насупившись, как сыч, сидит, скрестив руки на груди и зло поглядывает в мою сторону. Жанна хоть и не хлопает растерянно ресницами, как Гончар, но по лицу видно, что тоже волнуется за отчима пропавшей девочки. И мне на ум приходит самая подходящая на этот момент мысль: а почему бы не выставить за дверь группу сочувствующих гражданина Лясина и пообщаться с ним тет-а-тет.

– Оставьте нас, – с нажимом на первое слово, говорю я.

– Нет! – тут же подскочив, протестует капитан. – Я имею полное право присутствовать при допросе!

– Как руководитель группы приказываю всем покинуть кабинет, – уже твёрдо заявила я и, в упор посмотрев на Шумского, добавила, – и это пока не допрос, а всего лишь беседа. Так что, – указала взглядом я на дверь.

Гончар с Новиковой спорить не стали и быстро выбежали в коридор, а вот правдолюб Шумский демонстративно придвинулся ближе к столу, изображая полное неповиновение.

Мол, никуда я не пойду, буду сидеть, внимательно слушать и ты мне не начальница. Вспомнив упёртость капитана в камере, я поняла, что если и выкину его из кабинета, то только силой. К великому моему сожалению такими физическими возможностями я не обладала. Позову на помощь – выставлю себя в худшем свете. Мало того, что я баба, так ещё и справиться с подчинённым не могу! Ну и какая я после этого чекистка?! Никакая… позорище, а не капитан НКВД.