Дарьяна. О той войне

– Эй ты! Ты ее знаешь? – капитан обратился к сидящему дяде Венту. Я напряглась, заметив в знакомом мужчине небывалую отрешенность. Он сидел и смотрел куда-то вдаль, держа в руках маленькую розовую куклу.

И вдруг старый маг вздрогнул и взглянул на меня своим мыльным взглядом. О нет…неужели Мелли тоже больше нет в живых?

– Дара…Даруша! Вы зачем ее связали? – услышав это, меня окончательно отпустило. Он подтвердил мою непричастность к врагам. А это самое главное. Теперь осталось выяснить, что с мамой.

Но Алесы отпускать меня не спешили.

Они увели куда-то причитающего про несправедливость дядю Вента и нахмурились, глядя на меня.

– А вдруг эта Мстита его заколдовала, капитан? – подошедшая девушка вызвала у меня лишь очередной приступ отчаянья.

– Солна, мы дождемся полковника Керта, и пусть он сам разбирается, что делать с этой недоМститой? – сойдясь на таком решении, они тоже ушли, оставив меня среди врагов и надзирателей.

Никогда и никого я не ждала столь сильно как этого загадочного мужчину, который все никак не появлялся.

Да и ожидание никогда не было столь мучительным. Нас как связали магическими веревками, так и держали на привязи, не давая возможности даже сходить в туалет. Зато Мститы никак не приходили в себя, что не могло меня не радовать.

Воины же на меня поглядывали с настороженным интересом. Я часто ловила на себе извиняющие взгляды, которые тут же от меня отводили, и их понимала. Да. Я могла оказаться врагом и играть роль бедняжки, которую ошибочно восприняли за Мститу.

Никто не хотел брать на себя ответственность за освобождение врага. И не брал, ожидая Керта.

Прошел целый день мучений, прежде чем глава полка соизволил появиться. И мне хватило одного его взгляда, чтобы понять, что свободы мне не видать, как собственных нитей силы.

***

Он пришел с еще одной ротой. Или ее частью, так как почти все воины кинулись друг к другу с рукопожатиями и разговорами, словно старые друзья, которые не виделись очень давно.

Увидев его, я сразу поняла, что этот Алес (или он Светлид?) тут самый главный и держит очень строгую дисциплину.

А еще я засомневалась в собственной невиновности. Да. Настолько его присутствие оказалось для меня тяжелым.

Очень высокий, шириной с шкаф (если не больше, конечно) мужчина. Майка и военные штаны только подчеркивали его мускулистость. А смуглая кожа, квадратный подбородок и острый, орлиный нос говорили о его закаленности, твердости и беспощадности.