Сиреневый туман

За себя не ручаюсь: издевательств над детьми не потерплю. Не для того наши отцы да деды советскую власть устанавливали, чтоб кажна сволочь над детьми куражилась. Не завидую им: мне их даже жалко: дети за родителей не в ответе.

И в чужие постели нырять не позволю. Даже мужики знают, что жена друга не женщина, а такая совратительница каждому знаку внимания рада. И плевать на дружбу, честь и совесть.

– Согласна с этим полностью. Блуд и растление не нужны нам по соседству.

– Да пошли вы все! Честные давалки нашлись.

А вот мне одного мало. Никакого кайфа. Поэтому гуляла, гуляю и буду гулять, как говорил Маяковский, “ до дней последних донца».

– Ну, мы тебе все сказали, – одновременно взревели женщины, – а ты поступай, как знаешь!

И покинули комнату.

Бабы заговорили одновременно.

– Ну и падла же! Только и всего бабского- платье надето. А сама – кукушка истинная.

– Таких сразу изничтожать надо.

– Прямо, как Лизкин Степка. Все похер.

– Поэтому жена его в этот миг борется за две жизни, а он набедокурил и храпака дает в чистой постельке.

Даже в ус не дует, где она и будущий малыш. И дура будет, если после роддома вернется к нему. От этого кобеля толку не дождешься.

– Если вернется…

Сенькина жена вдруг встрепенулась:

– Что-то мы, бабоньки, заболтались совсем. На работу уж пора. А еще не управлялись и детей не подымали из постелей.

– От ить негода какая. И сам не живет, как истинный христианин, и другим от него покоя нет.

Глава 3.

Работа на ферме. Удочерение Лизы

Свидетели Степкиного зверства рассосались по домам. На сон времени совсем не оставалось. Сельская жизнь начинается обычно с рассвета и продолжается чуть ли не до полуночи. Надо с хозяйством управиться, с домашними делами и детей поднять и уму-разуму успеть поучить.

Деревенские отпрыски взрослеют рано. Стараясь хоть как-то облегчить житье-бытье родителей, днем воды из колодца натаскают ведрами, домашних животных выгонят на выпас и встретят вечером, травы для них накосят и чистой водой напоят, зерна в кормушки сыпанут.

Это настоящие помощники, без которых родительская судьба превратилась бы в сущий ад. Но все-равно, они оставались детьми, требующими ласки и хоть редких развлечений.

Проснулся старший сын Петька. Антонина ему шепнула:

– Поднимай скорей Юрика, садитесь за стол, перекусим по-быстрому. Вы с хозяйством управляться станете. Я на ферму помчусь. Тяжелый день предстоит.