Папина музыка

В это время выбежала дежурная медсестра.

– Марина Георгиевна, здесь никого нет и не было, – она мягко обняла ее за плечи.

–Но как? Они с моим сыном ушли! Посмотрите в палате! – и она указала рукой, а медсестра, зайдя в нее, удивленно посмотрела на Марину, а потом опять на кровать, мгновенно побледнев, медленно произнесла:

– Марина Георгиевна, но Аркаша лежит в кровати…

Её лицо исказилось гримасой страха от страшной догадки, она медленно развернулась и на деревянных ногах направилась в палату.

«Мамочка, нас папа ждет! – проносилось в голове, – Глеб Борисович умер мгновенно», – она медленно-медленно подошла к кровати и помертвевшим лицом зачарованно посмотрела на сына, так как совсем недавно смотрела на своего мужа. Её лицо посерело, а потом все поплыло, и она упала на пол.

Глава 3

Настоящее – это то, чем ты его наполняешь. Если прошлым – то это тень прошлого, если будущим – то это иллюзии.

Так, чем же наполнять настоящее, чтобы тень прошлого превратилась в возможности будущего?

После похорон она ушла. Ушла в себя, переживать свое горе в одиночестве, оставив десятилетнюю практику и успешную карьеру врача-хирурга. После всех формальностей, расследований и громких наказаний, виновных в смерти ее мужа и сына, пересудов в газетах, новостных заголовках, всего ада, который длился как ей казалось целую вечность, она переехала в свой дом на окраине мегаполиса и замкнулась в его пространстве.

Так, от прежней Марины осталась только оболочка, напоминающая тень.

О ней еще долго писали в газетах, печатая свои домыслы, кто-то злорадствовал, кто-то анализировал ее жизнь, кто-то просто сочувствовал, но никому не было дела до ее внутреннего мира, ее переживаний. Впрочем, это мало кого интересовало, ведь постмодернистское общество не предполагало огромного развития внутреннего мира.

Там, где, воспитывают конкурентоспособного потребителя, как правило, нет места нравственности и духовным ценностям, ведь при конкуренции все средства хороши, даже если – это уничтожение, какой тут духовный внутренний мир? Эта стратегия поведения пришла из животного мира и, к сожалению, то, что всегда отличало человека от животного, а в частности разум, стало обслуживать животные потребности, а свою прямую функцию забыло.