Один шаг

– Бардачок открой, – сухо ответил он, и я послушалась.

Там лежала газета. А в ней на первой странице красовалось фото: я и папа в день моего рождения. И подпись: «Ветров Владимир Николаевич со своей дочерью».

Я с шумом втянула в себя воздух. Волков узнал, кто я! Вот в чем дело. Перед ним теперь не Юля, которая спасла Елизавету Петровну, а дочь заклятого врага. Вот почему в его глазах полыхала ненависть.

– Сереж, ты же на стороне закона! Тебя совесть замучает, если убьешь меня. Когда отомстишь, легче не станет.

Это не вернет твою жену! Ты только грех на душу возьмешь! Подумай о матери! Что она скажет, когда узнает, что ты меня убил? – воскликнула я. – И почему я должна расплачиваться за грех отца?

– Все сказала? – холодно прорычал он.

У меня слезы покатились по щекам. Мне не хотелось умирать. Особенно от его рук.

– Я много лет искал способ отомстить твоему отцу, но к нему не подкопаешься. Грамотный мужик. Не могу упрятать его в тюрьму, не хватает улик. А тут такой подарок судьбы! Ты! Ты, оказывается, его дочь.

Это и не удивительно! Гнилое дерево не может дать нормальные плоды. Легче всего убить тебя, чтобы он понял, каково это – терять тех, кого любишь больше жизни! Хочу, чтобы он жил и мучился так же, как и я.

– И чем тогда ты лучше него? Убив меня, ты сделаешь шаг во тьму. Ты будешь убийцей, преступником. Одумайся! Твои жена и дочь гордились бы таким поступком? Очень сомневаюсь! – закричала с отчаянием, а Волков смерил меня убийственным взглядом.

Его кулаки сжались, челюсти сомкнулись с такой силой, что зубы скрипнули.

Майор вытащил пистолет и направил дуло на меня, а я не моргала. Даже забыла, как дышать. Адреналин расплескался по крови. Сергей настроен был решительно. Осознала, что его ничто не остановит.

– Отдай мне сумку и телефон, – приказал он.

Не стала спорить, все отдала.

– А теперь проваливай из моей машины.

Я перевела взгляд в окно и проглотила ком в горле. Лес был прекрасен в своем белом одеянии. Тихо, безлюдно и сугробы везде.

– Сережа, там же минус десять и ветер. Я одета не по погоде, к тому же не знаю, в какой стороне город. Я умру от холода, – прошептала, с ужасом посмотрев на майора.

– Выходи, – равнодушно проговорил он.

Я схватила его за руку и зарыдала.

– Пожалуйста! Не поступай так со мной! Лучше пристрели! Я не хочу умирать такой мучительной смертью, – взвизгнула я. – Прости, пожалуйста! Сережа! Прости!

Его глаза ничего, кроме ненависти, не отражали.