Кикимора болотная

А то глянь на себя в зеркало: на тебе уже лица нет. Надо взять молодую крепкую домработницу, чтобы все спорилось в ее руках…

Насчет ее рук не знаю, а мои руки уже уперлись в бок, глаза метали молнии и стрелы.

– Маруся – прелесть, на мне нет лица, а ему не кикимору болотную – молодую и крепкую подавай, чтобы все в руках! – возмутилась я.

Евгений рассмеялся.

– Обожаю, когда ты ревнуешь. Не хочешь молодую, бери старую. Мне подойдет любая.

– Как это по-мужски! – выразительно закатывая глаза, констатировала я, на что Евгений рассердился.

– Ну все, хватит, – рявкнул он, но, испугавшись своей смелости, сразу же дипломатично пояснил:

– Лично я иду ремонтировать кран и бачок, а ты можешь приготовить мне кофе, а если появится настроение, то и завтрак. Санька где?

– Санька спит, а ты иди к черту, так меня пугать. Говорила тебе, что разница в возрасте до добра не доведет. Мне уже сейчас трудно соответствовать твоим тридцати шести, а что будет через десять лет?

– Через десять лет я буду импотентом, и ты успокоишься, – обнадежил Евгений.

– Заманчивая перспектива.

Санька выскочил из спальни: и закричал:

– И я буду импотентом! И я!

Мне осталось лишь развести руками.

– Вот, милый мой, до чего доводит твое воспитание. Вот, чему ты учишь ребенка, хотя в его возрасте это неплохо, особенно при его болезненном интересе к сексу. Вчера он справлялся, что такое секс-премьер и сексофон.

– Надеюсь, ты правильно ему объяснила, – рассмеялся Евгений, хватая Саньку на руки и подбрасывая под потолок.

– Можешь не сомневаться, – ответила я и удалилась на кухню варить кофе, раз уж в этом доме совершенно не дают поспать.

Звонок в дверь застал меня за этим занятием. Из ванной выбежал Евгений и с криком «это Серега пришел на помощь!» помчался в прихожую.

Серега, друг Евгения, в помощи постоянно нуждается сам, но. при этом (как последний враг) умудряется еще предлагать и свою, хотя от этого выходят одни неприятности.

На этот раз Серега, видимо, обещал справиться с бачком и краном.

Поэтому, спокойно закуривая сигарету, я сидела на кухне и изучала в зеркале свое лицо, которого якобы на мне нет, и была вполне довольна тем, что вижу.

Щеки, правда, немного ввалились, но разве не этого добивалась я много лет?

На пороге вырос Евгений. На его губах блуждала улыбка.

– Это к тебе, – крикнул он и, насвистывая игривый мотивчик, отправился в ванную.