Продается шкаф с любовником

Она лихорадочно поднесла телефон к уху и услышала пафосный возглас племянника:

– Бонд! Джеймс Бонд!

– Женька, я тебя точно убью! – раздраженно прошипела Далила.

– Вижу, я очень не вовремя, – констатировал Бонд, и в трубке раздались гудки.

«Он мне нужен!» – вспомнила вдруг она и, быстро набрав номер племянника, виновато спросила:

– Женечка, зачем ты звонил?

Бонд радостно сообщил:

– Хотел рассказать анекдот.

– Новый?

– Прямо с конвейера.

Евгений любил придумывать хохмы, поговорки, анекдоты и пускать их по свету.

Распространив, он немедленно забывал свои опусы, причем намертво.

Когда же его анекдоты к нему возвращались (через друзей, соседей, знакомых), он безбожно критиковал свое чувство юмора. Это изумляло и смешило Далилу.

– Что ты придумал на сей раз? – поинтересовалась она.

– Опять еврейская тема.

Боречка Розенблюм, лучший друг и однокашник Евгения, «был с детства евреем», как любил шутить он сам по этому поводу. Естественно, еврейская тема развивалась со школьной скамьи.

Причем Боречка собирал и бережно хранил все дружеские анекдоты, присказки, прибаутки и поговорки.

Иные поговорки потом переделывались в свете новых времен, постепенно становясь анекдотами. Здесь нужна предыстория.

В связи с тем, что фамилия Бонд воспринималась многими как еврейская, Евгению с юных лет приходилось давать объяснения соседям, родственникам и друзьям Розенблюма. Таким образом родилось изречение:

На исконно русский вопрос: «Как вы относитесь к евреям?» – я с гордостью отвечаю: «К ним категорически не отношусь!»

Когда на нашу ровно подстриженную страну наступил капитализм и кое-кому открылось пространство для роста, изречение, несколько изменив смысл, приобретало такую вот форму:

На неприлично русский вопрос: «Как вы относитесь к евреям?» – я со смешанным чувством гордости и стыда отвечаю: «Увы! К счастью, я к ним не отношусь!»

Годы шли, и жизнь показала, что и это изречение надо менять.

Согласно духу времени теперь оно выглядит так: На совершенно дурацкий вопрос: «Как вы относитесь к евреям?» – со стыдом признаюсь:

«Пока к ним не отношусь».

Но вернемся к Далиле: разумеется, она пожелала выслушать анекдот племянника, и он с радостью его рассказал:

– Абрамчик вернулся из командировки и спрашивает: «Сарочка, сколько у тебя было любовников?» Сарочка виновато ему отвечает: «Всего пять, Абрамчик».

И спешит пояснить себе в оправдание: «Но они тебе страшно завидовали».