Слепой. Над пропастью

Так что знакомьтесь. Маркиз, сибирский кот, теперь твой.

– Какого котяра хоть цвета? Хотя теперь все равно, какого цвета шерсть. Хоть зеленого в крапинку. Он для меня живет в черноте.

– Черный, как уголек. Только есть один недостаток.

– Надеюсь, по углам и в тапки гадить не будет?

– Нет, что ты! – Смеется Алина. – Не волнуйся за тапки. Маркиз, очень воспитанный котик. Его покойная баба Паша надрессировала так, что ходит через форточку по своим кошачьим делишкам. Так же возвращается. У тебя возни с лотком не будет.

В кошачьем детстве ворона глаз выклевала. Маркиз одноглазый. Надеюсь, из-за этого не прогонишь на улицу? Не забудь, что условие проживания кота строго оговорено в завещании. Старушка перед смертью волновалась о судьбе любимца. Даже оставила денег на корм.

– Да нет, что ты! Как прогнать беднягу, чтобы домашний старичок скитался по мусорникам? С него хватило, что хозяйка преставилась. – Я почесываю кота за ухом. Тот дружелюбно замурлыкал, залез на колени, и принялся топтаться лапками.

– Вот и хорошо, что у вас налаживаются отношения! Маркиз ласковый котик, но не любит детей.

– Ты, совсем как Кутузов. – Я с жуткой завистью вздыхаю. Этот котяра намного счастливее меня! У него один глаз есть. Он видит. А у меня нет ни одного глаза, и я живу в мире полной темноты!

– Здесь кровать, стол, стул, комод. – Алина молчит, потом добавляет, – и старый, как моя жизнь, холодильник.

– В общем, все, что нужно, для простого существования.

– Был старый телевизор, но сломался. Бабка на запчасти заезжим молодцам продала.

Так что не скучай. Вот тебе карточка. Я ощущаю прохладу пластика. И растерянно верчу в руках. – На эту карточку будут переводить каждый месяц, пятого числа, пенсию по инвалидности. А в холодильнике на первое время еды для тебя хватит. Кошачьего корма вполне достаточно. Если Маркиз все сожрет, тогда новой пакет принесу.

– Вижу, бабушка позаботилась о своем питомце.

– Да, старушка перед смертью оставила денег на кормежку любимца. – Алина вложила в ладонь ключи.

 – Это от квартиры и входной двери.

– Может, чаю месте попьем?

– Нет, мне пора, работа не ждет! – Сестра грустно вздыхает.

– Да подождет работа, никуда не денется. Не волк, в лес не убежит. Алина помолчала несколько секунд.

– А ты прав. Можно немного задержаться. Десять минут ничего не решают. Скрипнул стул. Она звенела посудой, наверное, искала чашки. Шипит электрический чайник. Я ощущаю аромат отличного цейлонского чаю. Хлопает дверца холодильника.