Танго в трамвае

Да пару ломтиков горького шоколада! Но вся эта роскошь осталась в прошлой жизни. Спасибо, в кармане завалялось немного мелочи, чтобы купить этот растворимый напиток. Легкий ветерок неожиданно дохнул в лицо горьковатым ароматом миндаля. Маленький глоток обжигают язык. До смерти хочется курить, но нет. Больше не сорвусь, не поддамся внутреннему бесенку. Начинает постепенно вечереть. Как жить дальше? Не знаю. Но домой не вернусь. Допиваю кофе, пластиковый стаканчик летит в урну. На вторую порцию мелочи нет.

Может, разбить сотку? Неожиданно над ухом слышу знакомый голос, грудной, бархатистый:

– Привет, богатенький Буратино! О чем задумался? – От неожиданности вздрагиваю всем телом, открываю глаза. Какие чудесные глаза, цвета перезрелой вишни в обрамлении черных, густых ресниц.

– О, моя богиня! – Горькая усмешка искривляет губы.

– Почему такой похоронный вид?

– Только сейчас не издевайся надо мной.

– Разве? – Глаза девушки расширяются от удивления.

– Сейчас любой бродяга намного богаче меня.

А, все пропало! – С горечью махаю рукой. – Какой я там богатый!

– А что случилось? – В глазах девушки читаю жуткое любопытство. Помчу пару секунд, делая вид, что думаю. Рассказать правду? А стоит? Все равно, чем она может мне помочь? Это безумие! Можешь сказать правду? А вдруг? Ладно, расскажу пока что на первый случай половину правды. Сердце часто ухает в груди. Во рту пересохло. Сглатываю вязкую слюну. Может, что-то да получится?

– Да рассказывать особенно нечего.

Я все потерял, что имел. – Выдавливаю наконец из себя.

– Ты это серьезно? Звучит интригующе. Может быть, ты все-таки объяснишь, как это получилось? Только побыстрее, у меня очень мало времени.– В темно-карих глазах отразилось искреннее удивление.

– А так, все просто! Разбил дорогую машину. Влетел на бабки конкретно. Хозяин забрал ключи от квартиры, от машины. И в довесок ко всему выпер с работы. А разве хуже бывает?

– Но ты жив, а это уже много чего значит.

– Разве что.

– Куда ты теперь пойдешь? – В голосе прорезались нотки жалости. Терпеть не могу это чувство. Оно расслабляет, постепенно убивает волю к жизни. Нет, если вляпался в дерьмо, должен сам выбираться. Как бы это не было трудно выползать из липкого черного болота.

– Не знаю, куда пойду. Сижу, размышляю, что делать. Заброшенных домов и подвалов хватает.

– А ты умеешь всякие машины ремонтировать? На несколько секунд замираю от удивления.