Сквозь игольное ушко. Сборник рассказов

Всю дорогу говорил какую-то чепуху, что в такие дни невероятно хочется перевернуть всю жизнь, совершить какую-нибудь глупость, уехать к черту на кулички!

Нюра смеялась, отвечала, что тогда это точно к ним, на завод, вот уж где все перевернуто и глупостей нагорожено…

Смеркалось, когда они поднялись в номер. Теперь уже она предложила ему чаю, он застенчиво, как мальчишка, кивнул, словно потерял дар речи, и вдруг обнял ее за плечи.

Как произошло все остальное, они оба потом помнили смутно. «Ах, гостиница моя, ты гостиница, на кровать присяду я – ты подвинешься, занавесишься ресниц занавесками…»

Только тут было все наоборот: Сергей был так восторженно безумен и неловок, что скоро ситуацию направлять пришлось Нюре, хотя и у нее сердце билось, как попавший в силок щегленок.

То ли от трогательной неумелости Сергея, то ли от его сбивчивого хриплого голоса, бормочущего какие-то признания, она ласкала его нежно, всем нутром отзывалась на поцелуи, не могла оторваться от него, оказавшегося и сильным, и нежным.

Они долго не могли отдышаться, не могли говорить… Да и что тут скажешь, когда всё уже произошло! Сергей, неловко отвернувшись, начал одеваться, тихо промолвил: «Идти мне надо, поздно уже». Она, завернувшись в простыню, поцеловала его тихо и ласково, он выскочил за дверь.

Нюра походила по номеру, зашла в душ, никак не могла успокоиться. То, что с нею произошло, не входило ни в какие ворота, не могло иметь никаких последствий, и все же внутри что-то необратимо сдвинулось. Как айсберг оторвался, сполз и поплыл белоснежным кораблем в неведомую даль!

Она глянула на часы – еще можно пойти побродить по городу, на поезд свой уже все равно опоздала, надо гостиницу продлить на сутки, уж завтра вечерним придется ехать…

Шла по шумному вечернему городу, мокрому от весенней кутерьмы лучей и неожиданно раннего тепла.

Настроение было как у напроказившей школьницы, легкое, безоблачное, почему-то очень хотелось есть, может быть – выпить вина и еще непонятно чего!

На глаза попался кооперативный ларек с обувью, их в последний год развелось невероятно много, торговали, чем ни попадя, шили кооператоры одежду, сумки, и вот надо же – даже сапоги! Она полюбовалась на витрину, неожиданно для себя вошла и потребовала красные на высоченном каблуке.

Присела на табурет, примерила правый сапог и осталась очень довольна.

Слава богу, денег в кошельке хватило, и, получив от счастливой продавщицы огромную коробку, Нюра побрела назад к гостинице.