Жизнь моя

Ведь, судя по рассказу женщины, он с ней не общается уже давно. Ну зачем надо было давать ему это письмо?! Что теперь будет?

Спустя какое-то время, тихо войдя к нему, я увидела, как он, скрючившись, сидел в кресле возле окна – видимо, плакал.

– Рома, могу я помочь тебе? – спросила я с сочувствием. – Ты только скажи чем.

– Ты поможешь, если исчезнешь сейчас же, – его голос звучал твердо. – Что стоишь?! Проваливай!

Чтобы не злить его, я ушла к себе. Скорее всего, он хотел, чтобы я убралась вообще из его квартиры, но идти мне было некуда.

Тем более он сейчас был шокирован новостью, и я надеялась, что завтра он хоть немного придет в себя.

Этой ночью я долго не могла заснуть. Мне приснилось, что я падаю в пропасть под противный смех Галины.

Утром я проснулась в разбитом состоянии. Взяв из шкафа первое попавшееся полотенце – белое, в синюю полоску, – я пошла в ванную. Чтобы отогнать от себя мысли о ночном кошмаре, я пела под потоки льющейся воды.

Когда я вышла из ванной, Роман, идущий навстречу, окинул меня презрительным взглядом и одним рывком сорвал с меня полотенце, прикрикнув:

– Ты не смеешь его брать! Это ее любимое!

– Прости, – вымолвила я, вместо того чтобы закричать от возмущения.

Не взглянув на меня, он прижал полотенце к груди, как что-то самое дорогое и милое сердцу, и с силой захлопнул за собой дверь.

Через какое-то время Роман зашел ко мне и сказал безразличным тоном:

– Собирайся сейчас же. Я отвезу тебя назад домой.

– Подожди… Я ушла оттуда навсегда! И не собираюсь туда возвращаться! Она мне больше не мать! – заговорила я, чуть не плача.

– То, что она грохнула твоего кота, вовсе не означает, что она стала тебе чужой. Возможно, на то были свои причины. Тебе нужно было с ней поговорить и все выяснить.

– Но она убила его просто так! Ведь она знала, как сильно я его люблю! – Я едва сдерживала слезы. – И она отобрала его у меня! А раз ты так думаешь, то ты вообще черствый и бездушный человек! Даже мать твоя это поняла и сбежала от тебя! Ты ведь ее ни во что не ставил! Вот она и…

– Заткнись! – стукнул он по столу так, что я подпрыгнула.

 – Ты мою мать сюда не приплетай. Ты ничего не знаешь, соплячка. Ты вообще мне никто, чтобы так рассуждать. Пакуй пожитки и уматывай отсюда сейчас же. И чтобы я больше тебя не видел!

Войдя в свою комнату, я принялась медленно собирать вещи, все еще надеясь на то, что он передумает. Но он не передумал.