Чёрное пальто. Страшные случаи

Вечером к нам сначала пришла Таня в городском пальто и резиновых сапогах жёлтого цвета, с новой хозяйственной сумкой в руках. Она принесла нам задавленного свиньёй поросёнка, завёрнутого в чистую тряпку. Она полюбопытствовала, прописаны ли мы в Море. Она сказала, что у многих домов есть владельцы и они захотят приехать, если им написать, а это не брошенные дома и брошенное добро, и каждый гвоздь надо купить и вбить. В заключение Таня напомнила нам о перенесённой изгороди и о том, что Марфутка ещё жива.

Поросёнка она предложила купить у неё за деньги, за бумажные рубли, и папа в этот вечер рубил и солил мёртвого поросёнка, который в тряпке был очень похож на ребёнка. Глазки с ресничками и тэ дэ.

Потом, после её ухода, пришла Анисья с баночкой козьего молока, и мы быстро договорились за чашкой чая о новой цене молока, за банку консервов три дня молока. Анисья с ненавистью спросила о Тане, зачем она приходила, и одобрила наше решение помочь Марфутке, хотя о Марфутке она отозвалась со смехом, что от неё пахнет.

Козье молоко и давленый поросёнок должны были уберечь нас от цинги, кроме того, у Анисьи подрастала козочка, и мы решили её купить за десять банок консервов, но попозже, когда она чуть подрастёт, поскольку Анисья лучше понимает, как растить козлят. С Анисьей мы, правда, не переговорили, и эта старая бабка, помешавшись на почве ревности к своей бывшей заведующей Тане, пришла к нам торжественная, с убитой козочкой в чистой тряпке. Две банки рыбных консервов были ей ответом на её дикое поведение, а мама заплакала.

Мы попробовали, сварили свежего мяса, но есть его было невозможно почему-то, папа его опять-таки засолил.

Козочку мы всё-таки купили с мамой, отшагав десять и десять километров туда и обратно за Тарутино, в другую деревню, но мы шли как бы туристы, как бы гуляя, как будто времена остались прежними. Мы шли с рюкзаками, пели, в деревне спросили у колодца, где попить козьего молока, купили за лепёшку хлеба баночку молока и восхитились молодыми козлятками.

Я стала искусно шептать маме, как будто я прошу козлёночка. Хозяйка сильно возбудилась, предчувствуя бизнес, но мама на ухо же мне отказала, тогда хозяйка льстиво похвалила меня, сказав, что любит козлят как родных детей и потому мне бы отдала в руки обоих. Но я сказала: «Что вы, мне одну козочку». Быстро сторговались, тётка явно не знала нынешнего счёта деньгам, и взяла мало, и даже дала нам комочек каменной соли в дорогу.