Операция «Крон»

Или, как я понимаю, поближе к своему новому увлечению. Наверняка ты уже тогда все знала. Не так ли? И уговорила меня на переезд Холли.

– Позволь, откуда тебе известно, что у Холли новое увлечение? Она ничего мне не говорила.

– Я больше чем уверен, что у нее кто-то появился. Не может девушка накануне свадьбы вот так запросто отказаться от жениха. Кстати, тебе поведение дочери никого не напоминает?

– Пошел ты к черту! – вскипела Николь. – И оставь этот возмутительный менторский тон. Холли – моя дочь, а не часть твоего бизнеса.

И я хочу, чтобы она была счастлива. С Эдди или с кем-то другим, но счаст-ли-ва! Даже если ради этого придется нарушить ваши вековые традиции. Мы вынуждены будем считаться с ее чувствами.

– Ты ошибаешься, дорогая. Холли, между прочим, и моя дочь, и часть, как ты выразилась, моего бизнеса. Так же как и ты в свое время была частью бизнес-плана своего отца, а я – своего. В результате наши капиталы слиты воедино. Что же в этом плохого? Так что Холи выйдет замуж только за Эдди! – твердо произнес Пол.

 – Ты же смогла в свое время одуматься и…

– Пол, не смей никогда напоминать мне о прошлом. Вряд ли тебе известно, почему я одумалась.

– Может, признаешься? – усмехнулся Пол.

– Не уверена, что мое признание тебя обрадует. – Николь резко встала, чтобы уйти, но в этот момент хозяин ресторана прикатил резную, разукрашенную цветами тележку с роскошным блюдом.

– Ваш заказ, сэр! А чем мадам так расстроена? Если вам что-то не нравится, мы немедленно все исправим, – его лицо сияло обезоруживающей улыбкой.

– Все в порядке! – Николь почувствовала неловкость перед гостеприимным хозяином. Она попыталась улыбнуться и села за стол. У нее пропал аппетит. С вялым безразличием она ковыряла рыбу.

Пол ел с удовольствием, но с хмурым лицом. У него после ссоры всегда разыгрывался аппетит. За столом они не произнесли больше ни слова. Когда Саммерсоны вернулись на виллу, Пол сразу же ушел в свой кабинет. Николь, чтобы снять напряжение, искупалась в бассейне, потом попыталась дозвониться до Холли, но ее телефон молчал.

От этой дурацкой ссоры у нее разболелась голова, и она пошла спать. Николь часто страдала мигренями и депрессией, особенно после ссор с мужем. Пол заглянул в спальню, когда Николь уже засыпала. Постояв несколько секунд в дверях, он решительно направился к ее постели.

– Прости меня, дорогая! – он поцеловал ее руку. – Я не хочу омрачать наш праздник. Я люблю свою дочь.